Спасти Советский Союз

На мне много было чужой крови, бесчисленное количество плохих дел, недостойных поступков, но я старался все сделать, что бы ты был великим и могучим. Мне не хватало доброты, сочувствия к людям, но тогда я вряд ли бы выжил. Мне не хватило честности, но работал добросовестно и ничего лично для себя не просил. Не вез из Германии вагонами трофеи, не брал взяток, не сводил личные счеты. Часто я находил в тюрьмах талантливых ученых, конструкторов, физиков, математиков вытаскивал их, создавал более-менее, человеческие условия и давал им шанс выжить.

Я знаю, все эти члены Политбюро повесили на меня всех собак, у них виноват во всех злодеяниях. Но я выполнял приказ хозяина, а они? Все они предавали своих учителей, наставников, друзей, родственников только ради власти и собственной шкуры. Все это видел и хорошо знаю. А теперь они стали борцами за справедливость, и только я был душегубом. Они так обелили Сталина. Как будто это я подписывал приказы о расстрелах! Но Бог им судья. Мне обидно только одно – что ты сейчас тоже на небесах, а значит, мои опасения, к сожалению, оправдались.

Берия умолк, на его твердом лице пробежала чуть заметная нотка тоски. И я понял, какая страшная трагедия сейчас творится в душе этого всесильного наркома НКВД, которого боялась страна. Все, что он делал, чему посвятил жизнь, оказалось напрасным. Ради чего нужны были все эти бесконечные жертвы, если, в конечном счете, оказалось на свалке истории? И самое страшное для Берии, что на этой свалке оказался и я.

Он долго стоял, думая о чем-то своем, а волны тоски наплывали и наплывали на его лицо, глаза постепенно становились влажными.

– Скажи, Лаврентий, кто мог меня спасти?

– Честно? Я, наверное, не смог бы, у меня слишком жестокое сердце, нет, изначально не был плохим человеком, но за двадцать лет я стал черствым и равнодушным. Тебя могло спасти только доброе сердце и теплые руки. У меня не было ни того, ни другого.

– Но ведь у кого-то была возможность спасти меня? – чуть не плача прокричал я.

 – Получается, во всей огромной стране не нашлось ни одного человека, кто бы меня спас?

Берия помолчал.

– В той системе, которая была у нас, такой человек просто не мог появиться. Хотя мог бы – один. Берия задумался, роясь в своей памяти – Да, я его помню, он был относительно молод. Его еще Сталин приметил. Интересно, этого товарища после учебы послали в Сибирь заниматься кооперацией.