Спецслужба Императрицы. Альтернативная история

– Не по-ни-ма-ю!

– Вы забыли случай с Никоновым, Конрад Карлович, на которого было совершено целых два покушения. Убит же слабоумным мальчишкой, отнюдь не женщиной, – деликатно напомнил Золотов.

– Во, вообще никуда не пристегнёшь, мальчишку этого. Он задание получил от фальшивого Ангела, отнюдь не от бабы…

В ажитации генерал ударил кулаком по столу, заставив подпрыгнуть чернильницу, и пространно выбранился по матери, присовокупив к запретным словам ещё и богохульство.

«Не надо бы, так-то!» – мысленно попенял ему Золотов, у которого уши в трубочку завернулись, но вслух промолчал.

«Следствие зашло в тупик» – сообразил следователь Егоров.

Глава третья

Штабс-капитан Петровский, уныло опустив усы, сидел в кабинете Редрикова и подвергался порке. Фигурально выражаясь, конечно.

– Плохо, сударь мой. Неправильного исполнителя подобрали. Ну, что это: недоумок какой-то! И вас чуть не подставил. Вот была бы потеха: воскресшего ворюгу Ангела судят за подстрекательство к убийству!

– Виноват, ваше высокоблагородие…

Полковник вздохнул и протянул подчинённому портсигар в знак того, что более не сердится.

Оба закурили. Табак у полковника был хорош: египетский.

– Идея искать исполнителей за деньги хорошая… Как татары говорят: нам что дрова рубить, что головы. Лишь бы деньги платили.

Выпустив струйку дыма, полковник предложил:

– А что, если поискать среди самих террористов?

– Как это? – изумился Петровский.

– А так! Сейчас, например, ждёт виселицы некий Воронин.

Ну, тот, что в нашего фон Клюге стрелял. А сам жить сильно хочет: пять прошений о помиловании сочинил. Жалостливые такие: и в дурную компанию его вовлекли, и влиянию он поддался, и раскаялся-то он… Поработайте с ним, голубчик.

Воронин сидел в Петропавловской крепости. В каземате, а как же! Как к нему подобраться? Петровский думал, думал, и – придумал!

В понедельник, с утра пораньше, он, под видом адвоката, испросил разрешения на свидание с клиентом. Разрешение было дано, ибо Петровский предъявил подлинные адвокатские документы.

Правда, на другую фамилию.

Войдя в камеру для допросов, штабс-капитан окинул приговорённого к виселице террориста внимательным взглядом, применив метод Чезаре Ломброзо: форма лба говорила об упрямстве, подбородок же – о слабом характере. Уши с большими козелками прямо-таки кричали о трусости. Что ж, типаж подходящий!

– А где мой прежний защитник, господин Ларский? – растерянно спросил Воронин.