Штурмуя небеса

Таня, спрятавшись за аркой, ждала, когда уедет тот самый Хорьх с сидящим внутри него блондином. Прождав минуты три, она снова вернулась на улицу. «Ну, теперь эти немцы повсюду, – думала она. – Так что не вечно же мне прятаться».

Девушку немного смутило то, что тот блондин засмеялся. Да и вообще, все те немцы, которых она сегодня видела… Не такими она представляла себе их. В ее воображении они были кусками камня, лишенные всяких эмоций и чувств. Но все это лишь до сегодняшнего утра. Ведь она впервые увидела их вживую.

И они никак не были похожи на то, как она их воображала. Они смеялись, разговаривали. Они были как самые обычные люди. Хотя, почему «как»? Они и были самыми обычными людьми. Только носили они другую форму.

Наконец придя домой, Таня оставила чемоданы у двери и устало прислонилась к стене. Ей казалось, что она прошла не около километра, а, как минимум, десять. Сейчас ей хотелось просто лечь поспать.

Пройдя в коридор, она остановилась на пару секунд. Собственная квартира показалась ей какой-то чужой, мертвой.

Из-за открытой двери, ведущей в одну из двух комнат, выглядывал полупустой шкаф. Рядом на полу стоял хрусталь, который Таня с мамой очень хотели, но не смогли перевезти – он был слишком тяжелой ношей. Фикус одиноко стоял на подоконнике, уныло повесив листья. Таня, вздохнув, протерла ладонями глаза и прошла в кухню.

Опустившись на стул, она положила руки на стол. Мать молча стояла у плиты. Нет, она ничего не готовила. Таня уже знала ее эту привычку – когда она о чем-то серьезно задумывалась, то стояла у плиты и, сложив руки на груди, смотрела куда-то сквозь окно.

И Таня знала, о чем сейчас она думает. Как жить? Немцы оккупировали город. Что будет? Будет ли эта оккупация такой же короткой, как и первая? Что ждет Ростов?

– Таня, – неожиданно тихо произнесла ее мама, – Лиза умерла.

Девушка посмотрела на мать. Та, так и не поворачиваясь к ней лицом, продолжила говорить:

– Тот эшелон, в котором они ушли… Их подожгли возле Батайска. Все было зря… Мы могли бы успеть на поезд, если бы не мебель…

Женщина еще что-то тихо говорила, но Таня ее не слушала.

Она встала из-за стола, медленно прошла в коридор и, взяв связку ключей, вышла из квартиры.

Внутри Тани будто что-то оборвалось. Раз – и нету. «Лиза умерла» – эти слова постоянно звучали в ее голове, набатом стуча по вискам. Была подруга – и нету. А ведь она всего два или три дня назад просила ее проследить за тем, как увезут их мебель. Была семья Булавиных – и нету.