Марта из Идар-Оберштайна

Дети покаялись в разбитых двух горшках, лазании без спроса на колокольню, воровстве у соседей подсолнухов, прыжках задом наперед с плетня и уставились на обмякшую, потерянную Марту. Она, пощупав свои щеки, видимо, желая их сплюснуть, стеснительно обняла всех троих и прошептала на немецком:

– Простите, но я никогда не стану вам настоящей матерью, а тебе – женой.

Мальчишки ничего не поняли, а у Ивана окаменело лицо.

Накануне Усекновения Марта заподозрила, что ждет ребенка. Ночью приснился сон, что вышла на огород, а там вместо привычного лука и свекольной ботвы – арбузы.

Лобастые, спелые, чуть тронь – треснут, оголяя розовую мякоть, напоминающую младенческие десны. Она выбрала самый большой, с трудом внесла в дом, обмыла и хватилась ножа, оставленного на лавке. Опять выбежала во двор, погладила за ухом кошку, сменила собаке воду, проверила острие клинка, но, когда вернулась, дверь оказалась запертой. Как ни стучала, тарабанила в окна – больше зайти не смогла.

Женщина проснулась до рассвета в рубахе, прилипшей к груди.

Ноги продолжали бежать, гофрируя простынь, а руки – молотить в иллюзорную дверь. Иван, услышав крик, обнял:

– Ну что ты! Кошмары часто снятся перед Усекновением.

Хрипло напел: «Ай, качи, качи, качи…», – расцеловал глаза, погладил влажные со сна волосы и благоговейно прикоснулся к животу:

– Ты только не пугайся, но у нас скоро будет маленький.

Марта отвернулась. Ей было все равно.

Когда проснулись и умылись дети, Иван прочитал длинную инструкцию о разрешенном и запрещенном в этот день.

Женщина слушала и по-рыбьи открывала рот.

– Я понимаю, это глупо, но в селе не спрячешься, тем более в твоем положении. Поэтому, чтобы меньше чесали языками, не бери в руки нож и вообще ничего острого. Хлеб ломай на кусочки. Забудь о помидорах, арбузах, тыкве. Все круглое обходи стороной, особенно капусту: ее не стоит резать, шинковать, квасить и солить. Кроме того, сегодня запрещено есть борщ!

Дети крутились неподалеку со своими: «А что? А когда?» Иван привычно пустился в разъяснения:

– Некий царь Ирод Второй, правящий Галилеей и Переей, жил с женой своего кровного брата Филиппа, так как собственная жена не дотягивала до высоких Иродовых стандартов.

Иоанн Предтеча, крестивший самого Христа, не смолчал и указал царю на его грех. Тот в ответ заточил неугодного старца в тюрьму.

В тот день Ирод праздновал свой день рождения и закатил пир. Потчевали вином, усиленным лепестками фиалок, белым хлебом и фаршированной дичью.