Маркиза Лекавалье

Тот и правда был хорош. Надев темно-синий костюм, подчеркнувший его светлые волосы и мужественное лицо, он наверняка привлекал внимание не только местных леди, оказавшихся в зале, но и всех, кто встретился ему днем. Интересно, где он был и когда успел переодеться? Когда маркиз утром покидал дом, на нем был совершенно другой наряд.

Когда пара оказалась в центре зала, зазвучала музыка, и Анри тотчас развернул жену лицом к себе, прижав.

– Мне не нравится ваш вид. Я начинаю думать, что предметом размышления стал я сам.

И, зная вас, ничего хорошего от этих мыслей и догадок ждать не приходится.

– Пустяки, милый, – прищурившись, улыбнулась Сандрин. – Вам абсолютно нечего опасаться.

А про себя добавила: «Переживать стоит той, ради которой ты так вырядился. Если я только увижу кого-то рядом с тобой, ей несдобровать».

Нет, она не была кровожадной и отпустила бы Анри, если бы тот сказал, что нашел свое счастье. Но та женщина точно будет вычеркнута из круга ее общения навсегда, если она, конечно, сумела в него попасть.

– Как прошел день? – уточнила Сандрин.

– Хуже, чем планировалось.

– Моя помощь потребуется?

– Думаю, пока я обойдусь своими силами. Но спасибо за предложение. Вы же знаете, что ваша помощь неоценима. Что-то не много сегодня танцующих, – сменил тему Анри.

– Вы правы.

Сандрин окинула взглядом зал. К ним едва ли присоединилась несколько пар. Новобрачные Мартин и Анжелика – гостями дома ее матери они были только вчера. Мистер Мариз, хозяин дома, танцевал с материю Филипа.

И еще… А вот это уже интересно: Отис с Антуанеттой, довольно симпатичной девушкой, родители который перебрались в их края всего неделю назад.

И что же Авелин, неужели отвергла жениха? Нужно срочно найти ее среди гостей.

Корин Лакрес занимала разговором хозяйку дома и, судя по тому, что ее муж топтался рядом, переминаясь с ноги на ногу от нетерпения, разговор шел об очередном рецепте. Месье Лакрес настолько же любил кулинарные творения своей жены, насколько не любил слушать о секретах их приготовления.

Анри повернул жену в очередном па и она увидела их.

У дальней стены стояла Авелин Маргокс вместе с матерью и тетушкой. Судя по раскрасневшимся щекам девушки, она только что о чем-то отчаянно спорила. У противоположной стены, рядом с отцом, стоял, опустив глаза, Филип. Его мать танцевала с хозяином дома с таким задумчивым видом, что Сандрин сразу поняла, что она знает причину переживания сына и никак не может выкинуть ее из головы.