Сады Королевы. Бермудская история

– Это было резко, – произнесла Елисея вполголоса и продолжила свою работу, взяв новую корзину, ещё не наполненную виноградом.

– Это долгая история, – отмахнулась Франческа, продолжая с невозмутимым видом собирать ягоды.

Этим высказыванием она подразумевала объяснение агрессивности в отношении к брату. Её уверенность в оправданности своей резкости была непоколебимой, отчасти благодаря всем этим открытиям, которые свалились на семью Вудс за последние двое суток. Эти открытия, как части мозаики, складывались в одну гармоничную картину, которая пришлась, очевидно, по нраву молодой Франческе.

И, по её мнению, весьма справедливому, объяснить Джонатану все его ошибки не сможет никто лучше самого близкого человека – его сестры.

– Сегодня вечером на восточном пляже будут танцы. Думаю, тебе с братом было бы интересно, – произнесла Елисея после нескольких минут молчания.

– Я там буду, – коротко ответила Франческа.

– А твой брат?

– Не помню, чтобы он хоть раз в своей жизни бывал на подобных мероприятиях.

– Как же он развлекается?

– Для него что работа, что развлечение – всё одно, – вспылила вдруг мисс Вудс. – Джон обожает сам процесс своих торгов. Этот колоссальный выброс адреналина, радости, злости… у него всё вперемешку! Я не понимаю, от чего именно он получает удовольствие. Однажды он разбил стулом стеклянную стенку в своём офисе просто потому, что акции, в которые он вложился, подешевели сильнее, чем он ожидал. А в другой раз, когда одна сделка принесла ему за раз несколько миллионов долларов, он просто пришёл домой, провёл остаток дня у телевизора, будто ничего особенного не случилось, и лёг спать раньше обычного.

Франческа оставила заполненную виноградом корзину на тропинке и взглянула в небо, разминая спину. А затем, после выдержанной паузы, добавила:

– Джон придёт на танцы. Обязательно.

***

Обида Джонатана на свою сестру оказалась не так велика, как показалось на первый взгляд Елисее. Франческа нагнала своего брата на просёлочной дороге, ведущей от плантации к самому городу.

Джонатан стоял с краю тропы на холме и любовался раскинувшимся перед ним пейзажем. А пейзаж был и в правду чудесен. В низине раскинулись огромные просторы: гладкие зелёные поля, многочисленные сады, усадьбы и лес, пестрящий неестественно яркими красками. А где-то вдалеке, за гладкими холмами, виднелся синий океан. Скалы возвышались перед ним, гармонично дополняя собой великолепный пейзаж этой живописной ривьеры.