Двери во Тьме

Некуда им возвращаться.

* * *

Вчера по домам разъехались не сразу, а сначала с Федькой закатились в хинкальную – поужинать и, главное, поговорить. Тема разговора была проста и понятна, так ее Федька огласил:

– А Серега-то с рынка – того… за лохов нас держит.

При этом он, взяв хинкали за «хвост», прокусил бок и высосал из него весь бульон, шумно и с удовольствием.

– Мне вообще-то так с самого начала показалось, – напомнил я. – Хоть и аргументировать не мог. Баржу, похоже, ищут уже все.

– Ага, похоже, – кивнул Федька, попутно активно жуя.

 – Есть идеи, что из этого вымутить можем?

– Особых нет, – честно признался я. – Но думаю, что некий козырь на руках у нас есть.

– Пашка?

– Он самый. Серега знает просто о том, что кто-то с баржи живой остался, у нас на Ферме, если нас, конечно, не разводят: даже про уцелевшего человека вообще не в курсе.

– И что делать предлагаешь? – спросил Федька, доливая пиво из кувшина в кружки.

– Предлагаю… как из рейда вернемся, чуть глубже в этом покопаться.

Людей поспрошать, за Пашкой, может быть, проследить. Помнишь, что нам Мамед говорил про Серых?

– Что он с безопасниками тусовался?

– Точно! – воздел я к потолку указующий перст. – И если Паша у него не втемную работал… а работать в экспедиции совсем втемную может только дебил, то у него какие-то контакты должны быть.

– У меня девка была из безопасности – каждую ночь контакта по три совершали, и что? – скептически скривил морду Федька.

– Само по себе – ничего, а в совокупности с другими фактами может быть и чем-то, – пожал я плечами и отпил пива.

– Ну… да, может, – кивнул он.

В общем, какой-то план действий на будущее определили.

С утра за мной впервые заехали на канадском «шевролете». Воспользовались, так сказать, преимуществами казенного транспорта. Его вчера Степаныч с Фермы погнал следом за нашим «блицем».

Побибикали под окном, а я уже возле него и стоял, дожидался. Помахал рукой, поцеловал Настю, так и не вставшую сегодня с постели ввиду нелетной погоды, и побежал вниз.

Поздоровался с толстяком-комендантом, почитывавшим газету за стальной дверью с зарешеченным окошком, да и выскочил наружу, под дождь.

Федька, сидевший, естественно, за рулем, поздоровался за руку. Иван со Степанычем уже сидели в салоне, они мне просто ручкой сделали. Печка была раскочегарена, так что все наслаждались теплом и сухостью, благодать прямо.

– Сейчас катер смотреть будем, – сказал мне Степаныч, покуривающий в приоткрытое окошко.