Сыграй на цитре

Тем не менее оставить ее было упущением, от которого я стараюсь отвлечься. – Жэнь так и не починила ее.

– А, – губы Ворона трогает легкая улыбка, – неудивительно, что ты переметнулась.

Безобидная шутка. Или же нет? Я ненавижу, что не могу рассказать, и ненавижу то, как дерзко это звучит, когда я говорю:

– Вообще-то я знаю, как играть. – Так поступил бы любой уважающий себя стратег. Благодаря дуэтам на цитре заключались перемирия, укреплялись союзы, решались исходы битв. Цзихуа, стратег Династии Ло, однажды сыграл на цитре, чтобы положить конец войне.

Моя собственная цитра собирала пыль задолго до того, как порвалась струна. В лагере Жэнь не так уж много людей, которые разбираются в тонкостях музыки, а играть для такого воина, как Облако или Лотос, означало бы обесценить инструмент.

Ворон, однако…

Он знает, что музыка цитры – это язык, общий для стратегов. Он думает, что моя игра раскроет то, чего не слышно в словах.

Но меня не так-то легко расшифровать. Когда он начинает с обычной фразировки, я перехожу к делу и ударяю по струнам цитры, пробегая по ним пальцами.

Диссонирующие ноты взмывают ввысь, как стая загнанных фазанов, а затем резко обрываются в мертвой тишине. Моя правая рука щипками выводит быстрое стаккато, все быстрее и быстрее, пока каждая струна не начинает дрожать от звука и после. Но, прежде чем зазвучит мелодия, я обрываю ее.

Я наполняю музыку своим разочарованием. Лагерь Жэнь ограничен в ресурсах. Я выплескиваю опустошение. Лотос и Облако меня не уважают.

Я вкладываю свою боль в крещендо. Мои усилия растрачены впустую, недооценены. Мелодия ускоряется. С помощью колкой и четкой, как лезвие, техники я вырезаю крылья для своих запертых в клетке эмоций. Я отрываю руки от струн и позволяю нотам взлететь.

Вот. Ворон хотел знать правду? Я воспроизвела все причины, по которым я мечтала бы быть на стороне Миазмы.

Тяжело дыша, я смотрю на него. В комнате темно, она едва освещена луной за круглым решетчатым окном. Я не вижу его лица и не могу прочесть его.

Я слышу только его голос:

– Как странно.

– Что, прости? – Но как только слова слетают с моих губ, меня затопляет воспоминание, и в голове звучит другой голос: Неправильно! Сыграй еще раз!

Музыка прерывает воспоминания – музыка, создаваемая Вороном. Он склонился над своей цитрой, на его плечо упала прядь волос. Лунный свет поблескивает на костяшках пальцев, когда его руки кружат и кружат над струнами. Звуки обрушиваются, словно вода на камни.