Игра в отрезанный палец

 – Куда спешить? Эта молодежь, за ней не угонишься! Ладно… Через полчаса поедем в город.

– Зачем? – спросил Ник и тут же получил в ответ строгий и холодный взгляд, словно говоривший: «Приказы не обсуждают».

Полковник посмотрел на часы. Бросил себе в рот еще один кружок лимона.

– Ты кино любишь? – спросил он вдруг более-менее дружелюбно.

– Люблю.

– Ну так увидишь.

8

Темно-синий БМВ вез их по пустынным улицам Киева. Шофер спешил, проносился стрелой на желтый, а иногда уже и на красный свет.

Они выскочили к Филармонии и покатились вниз по Владимирскому спуску.

Остановились в каком-то подольском переулке.

– Жди здесь, – приказал шоферу Иван Львович.

Уличные фонари не светили, и только оконный желтый свет жидко падал на неровный асфальт переулка.

– Быстрее, быстрее! – торопил Ника полковник.

Они повернули за угол. Метрах в ста впереди стоял грузовой микроавтобус. По тому, как целеустремленно направился к нему Иван Львович, Ник понял, что они уже прибыли на место.

На боковой стене микроавтобуса большим шрифтом было написано «Мюллер лтд. Подвесные потолки».

Иван Львович подошел к водительскому окошку, кивнул кому-то, потом отошел к задним дверям. Обернулся на стоявшего метрах в пяти Ника.

Дверца открылась, и они быстро забрались внутрь.

Внутренности микроавтобуса больше напоминали телевизионную студию на колесах – три монитора, приборы с датчиками, тумблеры, компьютерная клавиатура.

– Садись, – полковник передал Нику раскладной рыбацкий стульчик.

 – Садись и смотри! – Он показал рукой на тройку подвешенных мониторов.

На одном Ник увидел коридор чьей-то квартиры. Обычный коридор с вешалкой на стене, с зеркалом, с внутренней стороной входной двери. Второй монитор показывал просторную кухню с круглым столом, огромным трехкамерным холодильником и прочей роскошью, которую Ник видел до этого только в редких западных журналах, добиравшихся до Душанбе. На третьем мониторе в кресле-качалке сидел мужчина лет пятидесяти. Правда, сидел он как-то неловко, нерасслабленно.

Присмотревшись, Ник понял, что мужчина привязан к креслу. Руки к подлокотникам, ноги – к переднему саночному изгибу дерева. Брезентовый вещевой ремень прижимал его к спинке кресла.

Ник оглянулся на полковника, но тот внимательно смотрел на мониторы. Кроме них за мониторами следил молодой парень лет тридцати, который их и впустил вовнутрь.

На левом «коридорном» мониторе открылась дверь то ли в ванную, то ли в туалет.