Игра в отрезанный палец

От них он надеялся узнать что-нибудь новое о последнем отрезке жизни президентского консультанта по вопросам обороны. Когда Виктор заикнулся по телефону Георгию, что неплохо было бы поговорить с бывшими штабными коллегами покойного, а также с коллегами по президентскому аппарату, Георгий только рассмеялся. Потом сказал: «И не вздумай! Никто не связывает эту смерть с местом работы!» Удивленный Виктор переспросил тогда Георгия, но тот не удосужился объяснить свои слова. Просто дал отбой.

Сейчас, застряв в небольшой пробке перед поворотом на Печерск, Виктор снова вспомнил тот разговор.

Вспомнил еще раз и совет человека в штатском, передавшего ему ключи от машины. Не спешить. Так чего они все-таки от него хотят? Чтобы он не спешил? Тогда к чему была та телефонная головомойка, которую устроил ему как-то Георгий, недовольный вялотекущим расследованием? Кто они вообще такие? Кто и откуда? Из СБУ? Это было бы логично, но тогда к чему эта телефонная конспирация? К чему тогда вообще он сам, Виктор Слуцкий, простой лейтенант с небольшим опытом раскрытия мелких уличных преступлений? У них же свои спецы – таких в милиции не найдешь, а если появятся – сразу перекупят! Если б они посчитали его спецом, то тоже, наверное, перекупили бы. Но ведь нет. Он так и остался лейтенантом со своим столом в райотделе!

Остановил машину не перед парадным, как раньше, а в конце дома у выезда со двора. Взял с заднего сиденья букет белых цветов.

Дверь открыла Броницкая. В глазах – слезы, словно только что узнала о смерти мужа.

Длинное черное платье, на груди – брошка с темным малахитом.

В квартире суетились женщины. На кухне работала электромясорубка. Одна из женщин сидела за столом и заворачивала готовый фарш в капустные листья. Готовилась традиционная поминальная еда – голубцы.

Пройдя в комнату, Виктор встретился взглядом с пожилым мужчиной. Кивнули друг другу, не знакомясь. Знакомиться на похоронах не принято. Присев в угловое кресло, Виктор прислушался к шумам квартиры, ведь в ней было еще три или четыре комнаты.

Шум доносился только из кухни.

Пожилой мужчина встал с дивана. Виктор обратил внимание на его покрытые густой дорожной пылью туфли. Он словно был здесь случайно, создавая своим видом явный диссонанс с хорошо обставленной квартирой и вещами – чистыми, яркими, обращавшими на себя внимание.

Мужчина бочком подошел, сел на соседнее кресло, повернулся лицом к Виктору.

– Извините, вы Вадима сослуживец будете? – спросил он, заглядывая в глаза Виктору.