Последняя любовь президента

При свете вновь зажженной свечи ее гордый профиль возбуждал меня сильнее, чем мягкая, теплая грудь Миры, которую я, как голубку, держал на своей ладони.

Их свидание было достаточно коротким и бессловесным, и только благодаря этому мы не простудились.

– Это солисты балета, – с гордостью прошептала в полной темноте Мира, когда любовники уже спускались вниз по приставным лестницам. – Ты видел, как он ее брал сзади?

– Нет, – признался я.

Мы вернулись на диван. В воздухе носился новый неприятный запах. Я пытался отвлечься от него, но он догонял меня даже тогда, когда я загонял свое тело в ритм отбойного молотка.

Только когда безвольно опустился на мягкое и податливое тело Миры, понял, что это был запах пота. Но тогда это был запах чужого пота, а теперь он смешался с запахом моего.

Ну а балет «Спартак» мне не понравился.

53

Киев. Март 2004 года.

Черт бы побрал эту зиму! Нет, неправда! Шампанское к завтраку в пятизвездочном швейцарском отеле – это тоже нынешняя зима. Всего лишь три недели назад! Но теперь, когда снежная крошка летит в лицо, я чертыхаюсь.

А когда сижу в кабинете, когда секретарша Нилочка вносит поднос с чашечкой мокко, когда медленно нажимаю на кнопки телефона, вводя в него, словно секретный код, номер телефона Светы Виленской, в эти моменты я думаю, что Бог над этой зимой славно поработал. Ему бы за такую зиму повышение или золотую акцию какого-нибудь трубопрокатного завода-гиганта!

– Алло, ты где? – спрашиваю я Светлану.

– В машине. В салон еду.

– Будешь красивой?

– А что, вчера не была?!

Я смеюсь. Как не умел я раньше разговаривать с женщинами, так и теперь не умею. Единственное отличие – сейчас мне из-за этого не стыдно.

Хотя вчера утром, когда мы вместе проснулись у меня дома, Света все-таки умудрилась меня озадачить.

– Ты знаешь, а мы ведь до сих пор не говорили друг о друге, – произнесла она удивленно, словно эта мысль пришла в ее умную головку внезапно.

– Да?! – только и выдавил я из себя. Потом пять минут молчал, искал объяснения.

– Наверно, мы были заняты, мы беспокоились о Димке и Вале, – предположил я.

– Это тоже, – кивнула она. – А я сначала думала, что тебя Валя интересует, а не я.

– Ну что ты! Конечно, ты, – признался я и понял, что в этот момент я сам себя предал.

Но она не обратила внимания на мои слова. Поднялась. Подошла к окну, отдернула гардину.

Стояла красиво, неподвижно. Ее тело словно само просилось в руки. Своей красотой в мои руки.