Пуля нашла героя

Ведь ясно было, что теперь она одна, и неважно – кто ее бросил: красноармеец или инженер!

Вернулся Добрынин в комнату, сел на табурет у окна и уставился на фотографию урку-емца, висевшую на стене, – не хотел больше смущать Таню своим взглядом.

– Это ничего, не бойся! – произнес Добрынин как можно мягче. – Кушать хочешь?

– Да, – призналась Таня.

Добрынин с радостью ушел на кухню. Почистил картошку. Потом варил ее долго на плите. Вдруг услышал за спиной шаги. Обернулся.

Перед ним стояла Таня. Она уже переоделась в широкий домашний халат.

На ногах – тряпичные тапочки. Широкий халат почти полностью скрывал беременность, может быть, поэтому сейчас она выглядела более уверенно.

– Может, я помогу? – спросила Таня.

– Садись, уже все готово, – ответил Добрынин.

За поздним ужином они сидели почти до полуночи.

То, что Таня рассказала народному контролеру, так озадачило и удивило его, что он и не знал, верить ей или нет. С одной стороны, он не мог ей не верить, ведь была она теперь вдовой его друга Дмитрия Ваплахова.

Но с другой стороны, весь ее рассказ вызвал в Добрынине сомнения с точки зрения нормального разума. «Как же это так? – думал народный контролер. – Разве можно забеременеть без хотя бы какого-нибудь захудалого мужика? Разве может это из ничего получиться?»

Но Таня настаивала на своем.

– Я это заметила где-то через месяц после того, после брака, – говорила она. – Думала сперва, что живот болит. Поболит-поболит и пройдет, решила. А он не проходит. И тогда я к врачу пошла, а он говорит: «Вы, гражданка, беременны!» Я чуть не отравилась! А тут еще подруги заметили, извели меня совсем.

Все «кто» да «кто» спрашивают. Еще обижались, почему им не сказала раньше. А как же я знаю, кто? Я ж после брака ни с кем не была. Только работа и общежитие…

Под конец Таня расплакалась, и сам Добрынин за нее расстроился.

Он уже почти верил в ее рассказ.

Постелил ей потом свою кровать, а сам на завод пошел.

Спал на полу, подстелив одеяло. Да и не спал, а ворочался всю ночь, все о Тане думал.

Вечером после работы пришел домой.

Таня его с ужином ждала. Картошки с мясом натушила.

Поели они молча.

– А ты вообще надолго? – осторожно спросил Добрынин перед тем, как на завод идти ночевать.

– Я назад не поеду! – взволнованно сказала Таня. – Мне товарищ Соколов говорил, что можно будет здесь остаться… Работу потом найду, общежитие…

– Да-да, ну спокойной ночи!

На заводе было тихо, и даже вохровец на проходной спал.