Изнанка

Только это было не дно. Через пару шагов оступился и снова провалился в гать. Я сделал шаг назад. Скорее всего, я стоял на каком-то затопленном ящике или холодильнике. Для меня и этого было достаточно, чтобы отдышаться и отсрочить визит костлявой. Минут двадцать топтался на нем, словно поплавок, и вдыхал гниль. Я уже не обращал внимания на двух уродов на пристани, стало понятно – они не опасны.

Уголек упал на пол и погас, придавленный ботинком.

– До трубы было еще метров пять. Чуть дальше, чем до тебя, но там, это казалось бесконечностью.

Я стянул свою накидку, свернул в комок и бросил к коллектору. Потом оттолкнулся от ящика, или чего там, не знаю, и сразу срезал метр. Яростно замолотил руками, ногами. Мне удалось более – менее принять горизонтальное положение. Барахтался минут пятнадцать точняк, прежде чем пальцы коснулись края трубы. Убица. У меня до сих пор мышца ломит. Кое – как выполз, все брюхо оцарапал о бетон. Но я был доволен. Единственное чего было жалко так это ятаган. Он утонул. Я провалялся в коллекторе минут сорок, потом напялил пончо и поплелся домой. Шланг оставил в трубе, он нам не нужен больше, кирасу тоже бросил. День, другой и надо менять стоянку. Завтра пойдем искать место, а сейчас давай укладываться. Павел взял в руки телефон и нажал на клавишу с изображением красной трубки. Мобильник пропиликал прощальные аккорды и погас.

Они уже лежали, когда Павел снова заговорил.

– А досточку, Муха, зря не убрал. Мало ты еще здесь.

Глава № 11

Генку опять мучили кошмары.

Ему снилось, что он оказался в глубокой яме, а наверху толпятся чмоки, растворители и свиньи. Они чувствуют его, но не могут посмотреть вниз и увидеть. Генка вжимается в сырую глину, старается быть незаметным. Неожиданно ему прямо на голову падает дохлая свинья, та, которую он изрубил. Муханов несколько раз просыпался в горячем поту, тяжело дышал и вертел головой по сторонам, убеждаясь, что он не в яме. Павел не слышал его бормотания и стонов. В эту ночь, вымотанный и выжатый как лимон, он спал мертвецким сном. Один раз ему все-таки пришлось проснуться. Сильный треск где-то в дальнем углу чердака, расколол слепой ночной мир. Генка тоже проснулся.

– Надо искать новую хату, – пробубнил Павел и перевернулся на другой бок. Через минуту Муханов слушал сопение.

Генка позавидовал ему и долго еще ворочался, прежде чем вновь погрузился в тревожное забытье.

Он проснулся первым, едва серый рассвет начал вытеснять мглу.