Марш экклезиастов

Единственное, что, по странной прихоти воображения, мучило его на протяжении нескольких дней, – не досада на собственную – жадность? глупость? недогадливость? невезучесть? – нет: он никак не мог понять, зачем их усыпили по дороге, если потом пришлось возиться с выгрузкой спящих тел из автобуса. Ответ пришёл с лёгкостью – когда самого Толика погнали выгружать из знакомого автобуса следующую партию «счастливчиков».

Вместе их держали недолго. По одному, по два, по три человека их продавали местным фермерам, строителям – в общем, хозяевам.

Очередной изгиб Толиковой памяти заставлял называть их бауэрами – тоже, видимо, читал что-то в детстве. Запугивать рабов не пришлось: сгорбленные плечи, обвисшие длинные натруженные руки, въевшаяся в кожу земля, обесцветившая глаза покорность удостоверяли личность для вербовщиков куда лучше, чем навеки пропавшие паспорта. Толику хватило ума скрыть от хозяев и высшее образование, и способность худо-бедно ориентироваться в словах незнакомого, но всё же романского языка.

Рассказывать о своей жизни в рабстве Толик не стал. Начал было, но в горле опять заклокотало, руки мелко задрожали, и после паузы он коротко объяснил, что про Барселонский Конгресс прочитал в газете, которая просто валялась на стройплощадке. Занесло ветром. Да, он умеет читать и по-португальски, и по-испански, говорить – нет, а читать – вполне. И тогда он просто взял и пошёл в Барселону. Почему он знал, что найдет здесь Николая Степановича? Просто знал. Что-то тогда подслушал нечаянно на даче, фамилия знакомая в заметке попалась… Да и не нашёл если бы, то хуже бы не было… Он шёл пешком и ехал на попутках.

Это оказалось легко. Много легче, чем решиться на такое.

Вот и всё. Он здесь.

– Да-а… – протянул Николай Степанович. – Какие будут соображения, народ?

– Какие тут могут быть соображения! – возмутилась Аннушка. – Никаких тут не может быть других соображений!

– Не надо думать, надо трясти, – покивал согласно Николай Степанович. – Даю вводную. В Испании действующих румов нет.

Ближайшие – под Лиссабоном, в Марселе и в Касабланке. Через границу, даже эту несерьёзную, без паспорта – рискованно…

– Команди-ир!.. – укоризненно протянул Армен.

– Я знаю, и в крайнем случае так и поступим. Но крайний случай ещё не наступил. Я предлагаю вызвать Илью, и он через цыган всё организует. А?

– Можно и без Ильи, – сказал Армен. – Мы с Костей…

– Можно, – согласился Николай Степанович. – Но Илья это сделает надёжнее.