Хроники Пустоши

Оставив поднос, служанка подбежала к двери, распахнула ее и нырнула в гостиницу. Дверь захлопнулась.

Крючок, скупо улыбнувшись, стащил с телеги одеяло, расстелил на досках и сел.

В гостинице было тихо, зато с Моста доносились голоса – жара спа?ла, люди вышли на свежий воздух. Крючок достал из кармана тряпичный сверток, развернул и причмокнул, предвкушая удовольствие. Положив на одеяло бледно-зеленый ломоть кактуса, снял куртку, стянул через голову рубаху и вытащил нож. Вытерев о брючину, провел лезвием по плечу.

Когда потекла кровь, он схватил мамми, сделал на нем надрез и приложил к ране. Ноздреватая, будто губка, мякоть тут же напиталась кровью. Лопоухий убрал руку – мамми остался висеть на плече.

– Крючок! – позвал Туран.

Бандит молчал.

Пленник повторил громче:

– Эй, слышишь!

– Чего тебе? – невнятно откликнулся Крючок.

– Кто такой Пузырь?

– Торговец, – пояснил бандит, едва ворочая языком. Сок мамми уже попал в кровь. – Арбузник. Арбузы продает, жирняк.

– А Рюрик?

– Заткнись, шакаленок.

– Сейчас я заткнусь, – пообещал Туран. – Но ты сначала ответь: кто такой Рюрик?

– Притон держит. – Теперь Крючок говорил совсем неразборчиво. – Большой притон, «Под Мостом» называется. Там нанять можно… – Вдруг он громко засмеялся.

Это был чистый детский смех, Туран даже вздрогнул – настолько неожиданно он прозвучал. Приоткрыв рот, Крючок откинулся назад, упер локти в одеяло и забормотал. Потом улыбнулся Турану, лег на спину и притих.

Стемнело, на Мосту зажглись огни. Между плетеными домами разгуливал народ, с гудением проезжали машины.

Поскрипывали плохо смазанными осями телеги, где-то визгливо ругались женщины.

– Геда! – вдруг сказал Крючок, подняв к небу руку. – Брат, прости, я не смог. Испугался, с этими зверями пошел…

Слова превратились в неразборчивое бормотание, Крючок хлопнул ладонями по одеялу, пытаясь встать, но так и остался лежать.

Ждать дальше было бессмысленно. Туран выгнулся дугой; суставы заскрипели, лицо покраснело от напряжения, но он сумел просунуть кисть под штанину и сорвал с ноги цепочку.

Отдышавшись, нащупал выпавшее из штанины оружие. Разрезать веревки оказалось легко – стилет был острым. Туран быстро освободился, размял запястья и выпрямился. Позвоночник хрустнул. Чтобы поменьше привлекать внимание, он опустился на корточки и подполз к бандиту.

Крючок, лежа на спине, блаженно пялился в небо. По подбородку текла слюна, пленника он не замечал. Туран занес стилет, чтобы вонзить в шею бандита.