Кэтрин по прозвищу Птичка. Дневник девочки из Средневековья

– Что за чары ты накладываешь, колдун? – спросила я.

– Это не чары, – ответил он, – а слово «яблоко» на нормандском и латинском языках. Я недавно это услышал и повторяю снова и снова, чтобы не забыть.

Перкин любит так делать. Ему бы хотелось быть учёным. Когда он узнаёт новые слова, то говорит их все разом: «Это яблоко/pomme/malus не спелое» или «Иногда козы/chevres/capri умнее людей». Кому-то непросто понимать Перкина, но я всегда знаю, что у него на сердце.

У меня устаёт рука, да и чернила кончились, а Морвенна мрачно на меня смотрит.

Боюсь, мне пора варить мыло. Неужто я обречена проводить дни, мешая гусиный жир в огромных чанах, когда не пишу Эдварду?

Вот интересно, почему, когда ты трёшь лицо и руки чёрным вонючим мылом, полным песка, они становятся чистыми? Почему не чёрными и полными песка? Сказать более нечего.

Октябрь

1-й день октября

Писарь моего батюшки сегодня страдает от воспаления глаз. Несомненно, это потому, что он подсматривал за нашими служанками, когда они мыли подмышки на мельничной запруде.

У меня не было материнского молока, из которого делают бальзам для глаз, так что я обошлась чесноком и гусиным жиром, которыми умащивали ожоги Морвенны на той неделе. Как бы писарь ни вопил, ему это не навредит.

Я более не могу терпеть дел, достойных леди, бесконечного и бессмысленного шитья, обмётывания, мыловарения, врачевания и перебирания льна! Почему считается, что леди слишком нежны для того, чтобы лазать по деревьям или кидаться камнями в реку, но при этом вполне способны выбирать червей из солонины? Почему я должна сегодня учиться ходить крохотными шажками, а завтра – потеть над огромными и дымящимися котлами с навозом и крапивой для лекарств? Почему хозяйка усадьбы должна заниматься самыми неприятными делами? Лучше бы я была свинопасом.

3-й день октября

Сегодня вечером у нас в зале евреи! Они искали укрытия от дождя по пути в Лондон. Мой батюшка в отъезде, и матушка их впустила. Она не боится евреев, но повар и кухонные мальчишки сбежали в амбар, так что сегодня никто не будет ужинать.

Я собираюсь прятаться в тенях зала, чтобы увидеть их рога и хвосты. Вот погодите, когда Перкин об этом услышит!

Час вечерней молитвы, позже в этот же день

Святые черепушки! У евреев нет ни рогов, ни хвостов, зато есть мокрые одежды и оборванные дети. Они покидают Англию по приказу короля, который говорит, что евреи – адские отродья, злобные и опасные.