Песчаный блюз

Я снял мешковину с подарка механиков, поставил его перед собой и крикнул:

– Эй!

Бригадир осекся, свирепо развернулся на своей тележке и увидел меня.

– А-а-а, Музыкант! – Он рванулся вниз, щеря кривые щербатые зубы. – Привез, а?!

Слетев с горы, Пол-Солдата бросил колодки, дружески пихнул меня кулаком в колено и принялся отстегиваться от старой тележки. Ломщики с гомоном полезли следом, обступили нас. Пол-Солдата расстегнул ремни и рявкнул:

– Че пялитесь? Марч, Цапля, помогите!

Низкорослый Марч и тощий длинношеий Цапля взяли бригадира под мышки и почтительно переставили с одной тележки на другую.

– Ну, Музыкант, удружил… И Захарий – молоток братан, не забыл! Долго они с ней морочились, но теперь уж я поезжу! Слышали, а? – Он оглядел столпившихся вокруг людей и погрозил им мозолистым кулаком. – Теперь за всем услежу!

– Уследишь, Солдатыч, – откликнулся Цапля.

– Теперь-то спуску вам не дам… теперь… Вот, Музыкант, порадовал старика… – Пол-Солдата наконец покончил с осмотром и врубил движок. Тот чихнул, запыхтел и включился. Тележка мелко затряслась, плюнула вонючим дымом из трубы. Кто-то закашлялся, Цапля замахал руками перед лицом. Тележка затряслась сильнее. Бригадир покрутил небольшой руль, переднее колесо повернулось из стороны в сторону.

– Захарий просил передать, чтоб ты… – начал я.

– Солдатыч, ты б осторожненько, – перебил Цапля.

– Не учи бригадира, салага, я скока уже за баранкой! – Пол-Солдата дернул рычаг и сорвался с места. Оставляя за собой шлейф дыма, он пролетел между рабочими, с хриплым воплем пересек улицу, проломил обветшалую стену и пропал из виду.

Схватившийся за голову Цапля бросился следом. Я склонил голову, пряча улыбку в тени шляпы. Ломщики реготали так, что с развалин на другом конце улицы взлетали вороны-падальщики. Артельцы хватались за бока и пихали друг друга кулаками.

– Солдатыч, я в чем виноват?!

Выкидывая далеко вперед голенастые ноги, он взбежал на вершину каменной горы. На улице показался бригадир, который выключил движок и ехал старым способом, отталкиваясь от земли руками. Он был припорошен кирпичной пылью, лысина исцарапана, на ухе висел кусок ржавой проволоки. От Пол-Солдата разило соляркой и гневом.

– Че встали?! – вызверился он, подкатив к ломщикам.