Волки и шакалы

 – Мы, как получили от вас весточку, очистили участок, зимой накосили камыша, приготовили бревна из акации для строительства хаты, так что через месяц построитесь и будете жить в своем дворе, а пока у меня, вон, в кухне зимней поживете, только вот печник у нас только в Крайновке вечно, пьяный, вечно занят, – обрадовал дед Матвей.

Даша встала, поклонилась в пояс.

– Спасибо, дедушка, мы с вами не рассчитаемся. А печку Саша сложит.

– Не надо, – отмахнулся хозяин. – Мы помогаем приезжим всем селом строиться, женщины месят глину, обмазывают, мужики ставят каркас, вяжут снопы.

Ты ведь охотник, вот и будешь стрелять дичь, менять на рыбу, да и перо купцы с удовольствием берут. Только у нас лодки нет – рыбу ловим с берега.

– Доски для лодки я привез, так что собрать и просмолить недолго, – сказал Александр.

– Это хорошо, скоро утка пойдет – самая охота.

– Сейчас Никита протопит баню, напаритесь с дороги.

Селяне не только помогли отстроиться, но и дали в хозяйство поросят, кур, а дед Широкий дал молодую телку.

Александр посадил сад, виноградник, поставил амбары для скота. Вскоре родился первенец, которого назвали Павел – по деду.

* * *

На следующий год. Ранняя весна. Предгорья Кавказа. Весеннее солнце нагрело ледяные вершины гор, и многочисленные ручьи устремились в Терек, который с грохотом понес свои воды через равнину в Каспийское море. Обмелевшая река, которую летом местами лошади переходили вброд, стала неприступной, полноводной. Мутные воды легко ворочали крупные камни, вырвали с корнем деревья.

Вдоль реки по левому берегу, скрываясь в камышах, по протоптанной зверьем тропе шел молодой человек – горец, ведя в поводу навьюченную лошадь, в седле которой, держась тонкой рукой за луку, сидела закутанная в черные одежды молодая женщина, следом бежало два десятка овец, подгоняемых двумя крупными лохматыми собаками-волкодавами с обрезанными ушами и кожаными ошейниками со стальными шипами. Они внимательно следили за стадом, подгоняя отставших покусыванием за задние ноги, время от времени одна из них, почуяв добычу, убегала на охоту.

Одет был молодой человек по-зимнему: большая лохматая шапка-папаха, длинная бурка из плотной шерсти, черная, с газырями рубаха, такие же брюки, заправленные в сапоги с толстой подошвой, но без каблука, подпоясан широким ремнем с серебряными бляшками. На ремне в украшенных серебром ножнах справа кинжал с рукояткой из кожи с серебряным навершием, с левой стороны кобура с выглядывающей рукоятью пистолета.