Балетная школа

– А сейчас давайте вернемся к нашим книгам, – Серафима открыла томик рассказов Ушинского, лежавший на ее маленьком столике-пюпитре, и тридцать учеников сделали то же самое со своими книгами.

Уроки литературы в третьей группе только начали становиться глубже. Первые два года были посвящены обучению чтению. Для некоторых это оказывалось настолько сложным делом, что к третьей группе они только начали вникать в смысл получающихся у них сложений букв в слоги и слова. Другие схватывали на лету и начинали бегло читать всего через пару месяцев первого знакомства с азбукой.

Именно так вышло у Катьки, которая лишь в прошлом году вступила на стезю знаний, но уже успела обогнать многих старожилов группы. Она могла бы стать блестящей ученицей, будь у нее на то желание. Но такая мелочь, как получение знаний в системе школьного образования, не воодушевляла Катерину на подвиги. И появление в ее жизни домашних заданий она восприняла как тяжкое и бессмысленное бремя.

В отличие от подруги, Эмме нравилось учиться.

Она с удовольствием ходила в школу, исправно делала домашние задания и с упоением ходила на все возможные кружки – от вышивания до французского языка. А будь у нее возможность, ночевала бы в библиотеке. Скромное собрание книг, принадлежавших детскому дому, уже было ею изучено почти в полном объеме.

Когда должен был прозвучать звонок, извещавший окончание первого урока, в классе неожиданно потемнело. Хмурое утро ноября и так с трудом пробилось через ночную темноту, так теперь добавило сумрачности и сгустившиеся облака.

– Похоже, нас ждет первый этой осенью снег, – заметила Серафима, и взгляды всех учеников обратились к трем широким окнам, за которыми стало совсем неуютно. – Я люблю снег, – тихо добавила она.

– А я нет, – тут же проговорила Таня, не сводя глаз с мрачного сумрака за окном.

– Почему? – удивилась Лёля Лапина, та самая, которая перед началом урока вертелась перед зеркалом и стала жертвой мальчишеской выходки Митька и Санька. – «Белая береза под моим окном приоделась снегом, точно серебром», – процитировала она недавно изучаемое на уроке стихотворение и покосилась на учительницу: обратит ли внимание?

Серафима Павловна кивнула с улыбкой, но ответила на этот лирический комплимент зиме не она, а все та же Таня.

– Это когда ты у печки сидишь, вытянув ноги к огню и любуясь березами под окном. А когда ты сидишь под этой березой, и на тебя сыплет мокрый и холодный снег, тебе не очень приятно.