Мадагаскарский дневник. В поисках счастья за океанами

Я в это не поверила, но когда он озвучил название – Мьянмар, – я к своему стыду признала, что действительно не слышала раньше о такой. Он работал на корабле и сейчас возвращался из многомесячного плавания домой к жене. Английский язык он выучил на корабле, говорил при этом идеально, хоть и ни раз извинялся за свой акцент.

Каун сказал, что Мьянмар – бедная, но очень красивая страна. И да, он пропустил свой рейс, потому что его путь домой состоял из еще большего количества пересадок, чем мой. И теперь ему придется ждать следующий рейс до Дубаи, который будет через сутки.

Я свой рейс не пропускала, однако мое ожидание из-за этой задержки в Ботсване не сильно сократилось, мне все равно придется ночевать в аэропорту. Я поделилась тем, что лечу из Конго. Каун сказал:

– Мне приходилось работать в Конго. Одно я не понимаю в африканских странах: почему все так медленно? Если в моей стране человек работает в сфере услуг, то он старается сделать все как можно быстрее…

Я ничего не ответила.

Это, полагаю, и различает Африку и Азию. А может быть, бывшее колониальное прошлое морально мешает африканцам быть у кого-то в услугах.

Я сообщила Кауну, что в аэропорту есть отель.

– Да, я собираюсь там остановиться. Покажешь мне, где он?

– Конечно, только ночь там стоит 50 местных баксов!

– О, это не проблема, они обязаны предоставить мне ночлег бесплатно, потому что я пропустил свой рейс.

Тут у меня зародилась идея. Мы ведь с одного рейса, была ни была, а можно попробовать.

Когда мы закончили есть, мой новый знакомый любезно расплатился за меня, не знаю даже, чем это было обусловлено, видимо, в честь знакомства, однако именно сейчас это было приятно и кстати как никогда.

Когда мы зашли в лобби отеля, там уже набралось немало людей, среди которых темнокожие Мама с дочкой, которые, как оказалось, как и я летели из Конго. Я наблюдала как они тщетно пытаются объясниться на французском, но в этой части Африки, к сожалению для них, основной язык – английский.

Поэтому они выглядели раздосадованными и беспомощными. Я начала говорить с ними по-французски:

– Вы не говорите по-английски?

– Анна! Вот девушка говорит по-французски! Наконец-то, – воскликнула Мама.

И они «набросились» на меня. Они летели на каникулы в Нью Йорк, на шоппинг, как они пояснили, и так же, как и все в этом лобби пропустили свой рейс из-за нашей остановки в Ботсване.