Столпы земли

Агнес знала, о чем он думает. Она улыбнулась, а потом лицо ее вновь сделалось печальным, и она сказала:

– Кажется, это было так давно.

– Мы уже можем есть? – подала голос Марта.

От запаха похлебки у Тома заурчало в животе. Он окунул свою миску в котелок и зачерпнул несколько кусочков репы, плававших в жиденькой кашице. Обратной стороной лезвия надавил на один. Репа была еще сырая, но Том решил больше не ждать. Он протянул по полной миске детям и жене.

Агнес выглядела задумчивой и опустошенной.

Дети мгновенно расправились со своими порциями и попросили добавки. Том снял с огня котелок, прихватив его, чтобы не обжечь руку, полой плаща, и вылил остатки в миски Альфреда и Марты.

Когда он снова сел рядом с Агнес, она спросила:

– А как же ты?

– Я поем завтра.

Она была слишком утомлена, чтобы возразить.

Том и Альфред подбросили поленьев в костер и принесли еще дров, чтобы хватило на ночь.

Том спал чутко, и когда Агнес застонала, моментально проснулся.

– Ты чего? – прошептал Том.

Она снова застонала. Минуту спустя, продолжая лежать с закрытыми глазами, сильно побледнев, она сказала:

– Дите подходит.

Сердце Тома остановилось. «Нет! Только не здесь, – заклинал он. – Только не на замерзшей земле, только не в лесу».

– Но ведь еще не пора.

– Да, прежде времени.

Том старался говорить спокойно:

– Воды уже отошли?

– Вскоре после того, как мы вышли от лесника, – тяжело дыша, произнесла Агнес, открывая глаза.

Том вспомнил, как она вдруг скрылась в кустах, будто по нужде.

– А схватки?

– Тогда и начались.

Даже виду не подала! Это так на нее похоже.

Проснулись Альфред и Марта.

– Что случилось? – спросил Альфред.

– Ребеночек рождается, – отозвался Том.

Марта расплакалась. Том нахмурился.

– Сможешь дойти обратно до сторожки? – спросил он, обращаясь к Агнес.

Там, по крайней мере, у них будет крыша над головой и солома, чтобы лечь, и хоть какая-то помощь.

Агнес покачала головой:

– Дите уже опустилось.

– Тогда потерпи, скоро все закончится.

Они были в самой глухой части леса. С утра им не встретилось ни одной деревни, и, если верить леснику, до ближайшего жилья они смогут добраться лишь к завтрашнему вечеру.