Форпост

Задача перед ним стояла вроде бы пустяковая, но, даже не успев вжиться в обстановку, царящую в скоплении, Дорохов понимал: если археологическая экспедиция не вышла на связь, то вряд ли молчание может быть объяснено тривиальной поломкой передатчика.

Вакуум-створ фрегата начал открываться, демонстрируя феерию звездного огня.

Десятки близко расположенных светил (расстояние между отдельными системами в зоне средней звездной плотности не превышало одного-двух световых лет) сияли, как драгоценные камни в скупой оправе черного бархата.

– Приготовиться. Пошел обратный отсчет.

Стартовая плита дрогнула, начиная выдвигаться в проем открывшегося вакуум-створа.

– Электромагниты удержания выключены. Предварительный импульс!

Многотонный «Нибелунг» плавно отделился от стартовой плиты, одновременно получив ускорение по курсу.

Все. С этого момента я предоставлен самому себе, – промелькнула в рассудке Дорохова мысль, которая заставила его сосредоточиться, отдавая все внимание контролю над автоматическими системами штурмового носителя.

На дистанции в пятьсот метров автопилот включил двигатели планетарной тяги, и громада фрегата начала стремительно удаляться.

Скупо подсвеченный габаритными и навигационными огнями вытянутый силуэт «Раптора» истаивал на экранах заднего обзора, растворяясь на фоне холодного звездного огня, а впереди, по курсу штурмового носителя, рос шар планеты, густо испятнанный разводами серой облачности.

Механизм пилот-ложемента мягко вобрал первые импульсы ускорения, компенсируя возникающие перегрузки.

Иван пока что следил за обстановкой, не вмешиваясь в работу автоматики. Три голографических дисплея, проецирующих данные от различных систем обнаружения, свидетельствовали: орбитальный маяк на месте, параметры орбиты искусственного спутника имеют отклонение в рамках разрешенной погрешности, тестовый обмен данными с аппаратурой, обеспечивающей временный канал гиперсферных частот, успешно завершен.

Значит, передатчики в порядке, и проблема кроется не в зоне орбит, а непосредственно на поверхности планеты.

За двое суток, истекших с момента его прибытия на базу ВКС Конфедерации, которую все называли просто – форпост, Дорохов, естественно, не мог лично убедиться в справедливости оценок, услышанных им от капитана Мищенко.

Однако не доверять полученной информации у него тоже не было никаких оснований.