Валерий Брюсов. Рубежи

Этьен Рио высокомерно заявляет: «Для кого писать? Сам я уже достаточно наслаждаюсь процессом творчества, зачем же записывать его результат. Мир ничего не потеряет, если мои мечты будут известны только мне – он всё равно не понял бы их». Или ещё: «На такое поруганье я не соглашусь, то что я пишу, могут слышать только немногие»[60 - Брюсов В. «Декаденты» – цитируется по: Страшкова О. «Эволюция «нового поэта» в первых драматических произведениях Брюсова» – «Валерий Брюсов и литература кон. XIX—XX века», Ставрополь, 1979, с.

 70.].

«Весь облик Этьена Рио демонстрирует авторское неприятие его позиции»[61 - Страшкова О. «Эволюция «нового поэта» в первых драматических произведениях Брюсова» – «Валерий Брюсов и литература кон. XIX—XX века», Ставрополь, 1979, с. 71.], – полагает О. Страшкова. Вполне возможно, что это так, но, скорее всего, отношения Брюсова со своими героями складываются более сложно. Иначе Брюсов вряд ли стал бы вкладывать в уста Рио собственные стихи:

«Звуки стонут.

За мраком завес

Погребальные урны,

Они такие мрачные – о!

И не ждёт свод лазурный

Обманчивых звезд»[62 - Брюсов В.

«Декаденты» – цитируется по: Страшкова О. «Эволюция „нового поэта“ в первых драматических произведениях Брюсова» – «Валерий Брюсов и литература кон. XIX—XX века», Ставрополь, 1979, с. 71.],

которые в следующем, 1894 году он опубликует в первом выпуске «Русских символистов» под своей фамилией. Это – незначительно переделанные (и как кажется, в лучшую сторону) строки стихотворения «Самоуверенность» («Золотистые феи…»):

«За мраком завес

Погребальные урны,

И не ждёт свод лазурный

Обманчивых звезд»[63 - Брюсов В.

«Самоуверенность» (1893) – Брюсов В. Собр. соч. в 7 тт., М., «Худ. лит», 1973, т. 1, с. 34.].

Русские символисты

Написанные в период формирования эстетических взглядов Брюсова[64 - См. дневник от 2 янв. 1893 г.: «Приведи в порядок все свои убеждения». – Брюсов В. «Дневники (1891—1910)», М., изд. Сабашниковых, 1927, с. 10.], первые пьесы («Дачные страсти», «Проза», «Декаденты») свидетельствуют скорее о его поисках основных закономерностей символизма в литературе, нежели в области драматургии.

Они позволяют представить сложный путь проникновения начинающего художника и теоретика в поэтику нового направления, усвоения и выявления им приёмов нового творчества. Характерно, что Брюсов постепенно переходит от малых форм – драматической шутки, этюда («Дачные страсти», «Проза») к большим – драме в трёх актах («Декаденты»).