Завоеватель

– Мы просто спорим, господин мой, – тотчас ответил Хубилай, – из-за коз, которых я покупаю.

Краем глаза он увидел, что раненый козопас смотрит на него разинув рот. Вдруг дозорный решит наказать деревенского разбойника, даже отдать его под ханский суд. Самому решать мелкий спор не захочется. Хубилай отчаянно надеялся, что козопасам хватит ума держать рот на замке, пока он убалтывает дозорных.

– Своим животным я мечу левое ухо. Дважды, вот так, сами посмотрите. – Хубилай ткнул пальцем, но дозорный не глянул в ту сторону – опыт подсказывал ему не отвлекаться.

 – Мои двоюродные братья метят так же… а ведь я предупреждал, что это приведет к подобным спорам. Козы мои, я их всегда узнаю. Господин, ты, видать, приближенный хана. Если рассудишь нас, буду премного благодарен…

Хубилай трещал без умолку. Старший, успокоившись, повернулся к своему напарнику и ухмыльнулся.

Пастух с окровавленными губами пытался заговорить, и Хубилай повернулся к нему.

– Закрой рот, Хахан, это все ты виноват. Бурую я везде узнаю, как свое родное дитя.

Пастухи изумленно таращились на безумца, который называл их неизвестно как. Но дозорные уже не слушали. Хубилай потупился, старательно вживаясь в роль.

– Господин мой, если соблаговолишь подождать, пока я отбираю своих коз, я вознесу к небу тысячи молитв за тебя. Моя жена снова беременна. Мы небогаты и не можем потерять лучших коз, которые приносят отличный приплод!

– Пошли! – позвал старший, потеряв интерес к трем оборванцам, которые спорили у дороги.

Дозорные уже развернулись, чтобы уйти, а Хубилай все умолял и умолял, вздыхая с облегчением.

Наконец он остался наедине с козопасами. Они смотрели на него как на бешеного пса. Пастух с перепачканным ртом сплюнул кровью и, превозмогая боль, спросил:

– Кто ты?

– Простой путник, – ответил Хубилай. Тело его ныло от напряжения, руки тряслись, когда он разжал кулаки. – Мне нужна вода и еда, как уже говорил. Если до сих пор подумываете меня ограбить, второй раз на мое великодушие не рассчитывайте.

Стоит мне крикнуть, и они вернутся.

Пастухи невольно взглянули вслед дозорным – предложение Хубилая им не понравилось. На здешних равнинах справедливости не жди. Людьми хана даже пугали детей.

Вместо того чтобы ускакать прочь, Хубилай оседлал коня и поехал за козопасами, которые наполнили его бурдюки водой и дали небольшой сверток с лепешками и жареной бараниной. Еда пахла восхитительно, но перекусить Хубилай собирался, лишь когда оторвется от ханского войска.