Проданы в понедельник

Эллис обернулся, испугавшись сначала голоса, а потом произнесенных им слов. У подножия крыльца стояла девчушка лет семи, держа сбоку от себя букет одуванчиков. Надетый на ней комбинезончик без рукавов закрывал грудь ее маленькой и тоненькой фигурки, но был слишком короток, чтобы спрятать голые ступни и щиколотки.

Эллис собрался с духом:

– Ты говоришь о двух мальчиках, которые здесь жили?

Девочка кивнула, тряхнув белокурыми прядями, выбившимися из завязанного на макушке хвостика.

– И остальных тоже нет. Мама сказала, что их папе, наконец-то, повезло.

Он получил работу на мельнице в округе Бедфорд, причем в самый последний момент. Мистер Клаузен грозил… вы знаете мистера Клаузена?

Эллис помотал головой.

Девочка фыркнула себе под нос:

– Тогда вы ничего не потеряли, это точно. Мистер Клаузен владеет здесь кучей домов, а сам похож на картофелину. Знаете, такую старую, бугристую картофелину, у которой отовсюду лезут ростки. И если вы не платите вовремя за аренду, этот человек выпускает клыки, как злобный енот.

 – Лицо у девочки приобрело такое выражение, будто она своими глазами видела эти клыки.

Из того, что она ему рассказала, Эллис понял: семья мальчиков в доме больше не проживала.

– Что ж, это хорошие новости, насчет работы. – Он постарался, чтобы его голос прозвучал довольным. Эллис обрадовался за семью. Правда обрадовался. Только эгоистично пожалел, что не повел себя предусмотрительно раньше. И не сделал больше фотографий, когда ему представилась такая возможность.

– А вам это не нужно? – спросила девочка

Эллис не понял связи.

– Всего один цент за букет. Я его сделала сама. Видите? – Девочка протянула ему одуванчики, сплетенные в несколько пучков, по десятку в каждом. Некоторые от жары уже поникли. Похоже, маленькая цветочница это тоже заметила: – Немного воды, и они снова поднимут головки. Даю вам слово! – Твердый кивок, которым сопроводила свое обещание девчушка, был явно призван убедить собеседника: в чем в чем, а в этом вопросе она разбирается.

Эллису действительно нужно было копить каждый цент – теперь даже больше, чем прежде. Но он посмотрел на ее впалые щечки и розовый, закругленный носик, а потом заглянул в светло-карие глазки. Они сверкали такой надеждой! И как он ни старался, но отказать девчушке не смог. Лишь вздохнул.

– Дай-ка я проверю, что у меня есть, – сказал он и сошел с крыльца вниз.

Девочка ухмыльнулась в предвкушении, а Эллис, порывшись в кармане своих брюк, нашел три монетки по центу.