Король и Мастер

Городское правление и горожане не раз припомнили Псам Господним[17 - Псы Господни – неофициальное название доминиканского монашеского ордена. На гербе ордена изображена собака, держащая в пасти горящий факел, а слово «доминиканец» созвучно латинским словам Domini canes т.е Господни псы. Неофициальное название использовалось и в негативном смысле, так как инквизиторы были преимущественно доминиканцами. Кроме того, в Нидерландах времён Босха не было своей Святой Инквизиции, она была образована Карлом V уже после смерти Босха, в 1521 году.

Во время жизни Босха инквизиторы посылались из Рима и их деятельность была довольно ограниченной городскими властями.] бесчестную травлю благочестивого, но не пришедшегося ко двору монаха. Иероним от всего сердца сочувствовал Картузианцу. Юноша недоумевал: что доминиканцам нужно от праведного монаха? Ему было нестерпимо жаль расстаться с Дионисием. Он ненавидел Псов Господних.

Алейт, раздававшая хлеб, напомнила Иерониму Дионисия своими тёплыми манерами и желанием творить добрые дела.

На ужин к Аларту Дюхамилу Алейт пришла с братом, её родители уже обитали в мире ином. Иероним с неким удивлением взирал на эту новую Алейт – повзрослевшую, в роскошном наряде – и будто впервые видел её. В определённом смысле так оно и было. Доселе он не встречал Алейт на собраниях общества Ден Боса, хотя она и принадлежала к патрицианской семье. Иероним и Алейт были одного возраста, Алейт, может быть, на два-три года моложе. Несмотря на не юный возраст Алейт всё ёщё не вышла замуж. Не желает или подходящей партии не нашлось, гадал Иероним. Свои светло-каштановые волосы, гладко зачёсанные назад, собранные в замысловатую причёску, девушка не убрала под головной убор, а только слегка заколола полупрозрачной вуалью. Иероним, поэтому, разглядел: несмотря на популярный стиль туго стянутых назад волос, она не подбривала слегка лоб и виски, как сделали бы модницы. Её жемчужно-серое верхнее платье из легчайшего бархата с глубоким треугольным вырезом, из которого выглядывало нижнее платье из белого батиста, походило по цвету на его наряд – белую тунику по колено и такой же длины кафтан из легкого серого бархата, подпоясанных поясом из маленьких серебряных печатных пластин. Это совпадение показалось Иерониму забавным и знаковым одновременно, содержащим особый смысл. Алейт тоже заметила совпадение и не обошла вниманием.