Шизоград. Город абсурда

Оттуда он увидел запуск старого мотоцикла и расслабился.

На выходе из леса он отряхнул свою сумку и достал проездной билет. Школьники рассматривали рекламу на люке, и ему удалось проскочить незаметно. Но в толпе он вспомнил, что забыл листья. И развернувшись против течения, он снова пошел по направлению к лесу.

Популярный музыкант

– Добрый человек и хороший день, интересуетесь выступлением? – спрашивал музыкант, стоя перед очередной стеной кирпичного дома частного сектора. Звали его Хлопарес, но представляться он не любил, больше любил спрашивать.

Самый некрасивый и финансово успешный сектор, частных построек города, был его финальным обходом. Прощальный тур он объявил три дня после этого, на церемонии собрания жителей малоквартирных построек. И вот теперь несколько дней до этого он решил обойти всех лично и исполнить свои музыкальные произведения вживую. Играл он на барабане, а иногда на скрипке. А сегодня он решил исполнить новые композиции на ложках.

Первые три дома были заброшены.

Стоя перед первым домом, где могли быть живые существа, он ещё раз постучал в стену головой. Чердак открылся и из него выглянул заросший недельной щетиной мужчина. Подбородок выдавал его происхождение. Происходил он из этого города, поэтому без опасений мог выглядывать, когда ему вздумается, с чердака своего дома.

– Чего Вам не спится в этот час? – поинтересовался он у гостя.

Хлопарес улыбнулся, но вида не подал. А когда ему на встречу вышла жена хозяина здания в жёлтом кокошнике, упал, навзничь закинув руки за голову.

– Отведайте пульта от кондиционера! – предложила хозяйка и протянула мусорный щит.

Музыкант отломил кнопку и втёр её себе в подошву. Образовалось неловкое молчание, и пошёл пар из носика чайника на самодельной плите. Хлопарес достал ложки и показал мужчине на чердаке.

– Мы на обмен не согласны! Приходите не к нам, – закричал тихим тоном небритый субъект, похлопывая ставнями и изображая лебедей.

– Я тогда начну петь! А вы здесь живите с удовольствием! – любезно ответил ему Хлопарес и начал тереть ложки друг о друга вызывая разряды тока.

Женщина сняла с себя пуховик, подложила его под веточку акации и покраснела. Песня лилась живая, яркая и наполняла колени с обратной стороны приятным холодом.