Поход за волей. Забытая война на Амуре

Но и Турция принимала у себя далеко не всех. Оборотистый купец, лихой воин или умелый ремесленник там благоденствовали, а вот крестьяне или подмастерья, скорее, попадали гребцами на галеры или рабочими на рудники, что не особенно радовало. В силу этого обстоятельства с изъятием, сопровождающимся подавляющей силой, приходилось соглашаться. Или воевать, отстаивая «старые добрые обычаи». Но это в Европе с зарождающейся «городской экономикой». В тех же странах, где экономика оставалась крестьянской (например, в Турции или Речи Посполитой), постоянные поборы на нужды войны, содержание армии сборщиков податей вели к обнищанию масс и, в конечном итоге, к деградации империи.

На Руси кроме подчинения и бунта существовал третий способ противодействия властному давлению, резко возросшему в стремительно усиливающемся Московском государстве – бегство, уход. В отличие от Европы, да и от Китая, воля начиналась здесь сразу за околицей и тянулась до последних пределов.

При усилении давления люди просто уходили.

Власть стремится увеличить армию, раздавая владения с крестьянами, обязанными кормить ратных людей, все новым и новым воинам. И… крестьяне начинают бежать. В описаниях того времени говорится, что из ста дворов от двадцати до сорока были брошены. Земли не распахивались, ратные люди не могли выехать снаряженными в поле. Конечно, контролировать можно и здесь. Этот путь тоже опробован; и не только в России. Однако вот в условиях огромных просторов и относительно редкого (даже в европейской части) населения для организации такого контроля нужно затратить намного больше, чем даже теоретически можно получить.

Невыгодной в России оказывалось «правильная организация хозяйства».

Гигантские земли за «Каменным поясом», как выразился Иван IV в своей грамоте, есть «незнаемые земли». Оттуда богатство приходит как бы само собой. Его не надо отбирать. По крайней мере, его не надо отбирать «у своих».

Это же не Россия, а Сибирь. Не случайно первым «министерством», в чьем ведении были сибирские земли, был Посольский приказ. Лишь во второй половине XVI века Сибирь передана в Приказ Казанского дворца, а в XVII столетии – в отдельный Сибирский приказ. Причем, богатство этой земли принадлежит только власти (государственная монополия). Она его и распределяет так, как ей нужно: по чину и государевой надобности. А нужно было очень.