Дорога длиною в жизнь. Книга четвертая. К итогам

В еврейских традициях рука берущего может не знать руку дающего.

Такова диалектика жизни в заповедях, подаренных Всевышним на горе Синай всему еврейскому народу.

Я пытаюсь жить по этим законам.

Профессор Леонид Диневич в Израиле

Предисловие

Я написал три книги воспоминаний пройденной, на данный момент, дороги жизни. Все они доступны в интернете в электронном виде и могут быть заказаны в печатном виде на сайте издательства.

Кроме того, скачать книги и некоторые статьи автора можно на Google диске редактора этих книг.

Ссылки даны в Приложении.

Леонид Диневич. Дорога длиною в жизнь. Книги 1, 2, 3

Некоторые (только некоторые) мысли из своей памяти я решил изложить дополнительно в этой четвертой книге.

Прежде всего я хочу обратиться к читателю и попросить не принимать содержание ни одного моего предложения за проявление слабости духа либо, наоборот, за желание превознести себя над коллегами.

Я стремлюсь излагать эпизоды своей жизни правдиво, искренне.

Тем не менее, эти изложения событий базируются на моих личных восприятиях.

Я пишу лишь свои воспоминания в своих ощущениях событий за 80 лет жизни. Мне не приходилось бороться за должности и награды. Всё это ко мне приходило вне зависимости от моих «плеч или подножек». Этими средствами я никогда не пользовался. Я жил в логике скромности, воспитанной во мне родителями и школой моего времени и самозабвенно трудился.

О причинах моего отъезда из СССР я уже писал.

Тем не менее, этот вопрос безостановочно «сверлит» моё сознание. Еврейская тема никогда не проявляла себя явно в моей повседневной и профессиональной жизни. Я всегда в школе, институте, армии и на службе ощущал неизменное уважение и доверие. Так, по крайней мере, я себя ощущал. Так ощущали себя мои родители, брат и сестра. Они всегда были уважаемы и любимы.

Что касается поворотных моментов судьбы, то они вне моего сознания определялись действующим в стране антисемитским порядком или, точнее сказать, национальной политикой КПСС.

КПСС, в которой я состоял со студенческих лет, эти порядки были так искусно завуалированы, что придраться к ним было всегда непросто. Да я и не пытался принимать их в особое внимание. Я работал. Судить об этом можно лишь по эпизодам, изложенным в моих книгах.

А вот ещё один ответ на этот вопрос. 1967 год. Я уже погружён с головой в создание нового направления в науке и внедрение её достижений в производство.