О крестьянстве и религии. Раздумья, покаяние, итоги

Из-за всеобщей бедности не замечалось какой-либо особой остроты во взаимоотношениях родственников репрессированных и тех, кто был «передовым классом» деревни. Всеобщая небывалая бедность, беспросветная беда утихомирила страсти. Как жили рядом, так соседями и остались. Отгремела буря, и все вернулось в привычное мирное русло. Дома репрессированных использовались в основном только для общественных нужд колхоза (медпункт, контора и т. д.) или стояли нетронутыми памятниками. Некоторые стоят до сих пор, и никто в них не живет.

Помню, во время и после войны до 50-х годов шли вереницы нищих (в основном старух, женщин-вдов с детьми) из безлесного Пижанского района (это, где "чернозем"). Они благодарили за любой кусочек хлеба или картошки. Да и мы-то мало чем отличались от них. Они ночевали вместе с нами в наших избах. Нашу деревню спасал лес, река и луга с озерами. Лесные дары (грибы, жёлуди, ягоды), дикий лук с лугов и рыба. А пойменные луга стабильно давали корм для скота. Поэтому наши деревенские не ходили собирать милостыню.

(Лишь одна вдова, к стыду моему, наша родственница умудрялась. Причина – клиника).

Ну, а теперь об организации, как сейчас выражаются ученые люди, производственной деятельности крестьян, а проще и правильнее – работы.

Работа – это единственный источник средств для жизни крестьянина с незапамятных пор и до «светлых», коммунистических дней включительно. Отсюда советский термин «трудовое крестьянство» – нонсенс, так как крестьянина, бедного ли, богатого ли, без труда нет.

И не земля наша кормилица, а его труд. А земля – место работы крестьянина. Как говорится, не место красит человека, а человек красит место. Не стало у нас крестьян, покупаем продовольствие у «гнилого» Запада. А наша земля зарастает сорняками.

Это с библейских времен понимание важности работы пронизывает крестьянина всю его жизнь. Мысль о работе не оставляла его ни на минуту, с малых лет до смерти.

Разбаловавшись на всем готовом, живя в кем-то построенной квартире со всеми удобствами, питаясь кем-то выращенной продукцией, одеваясь в кем-то сшитую одежду и т.

 д. и т. п., мы в городе (кто больше, кто меньше) утеряли трепетное отношение к работе.

У меня, с молодых лет воспринявшего крестьянские законы жизни, было шутливое желание написать трактат о работе. Краткая суть его такая. «Работа – это тяжкое ярмо, но весьма необходимое. По необходимости для нормального человека – равнозначно питанию и дыханию.