Сыны Ардалиона. Креация тропы

Но почему, тогда он морочил мне голову?

– Теперь, – невесело прошептал он, – ты готов слушать. Прости, но пока в твоей голове роились лишние мысли, ты ничего бы не понял. Поэтому мне пришлось тебя немного вывести. Разозлить. – Гальтен посмотрел в сторону Ульгаэля, который старался выдать себя за естественный и, совершенно, незаметный нарост на бревне. Надо сказать, делал он это, довольно талантливо.

– Почему я бы ничего не понял?

– Ну, понимаешь… – Гальтен присел на бревно и уставился на тлеющие угли, – все не так просто.

 – Он ненадолго замолчал. Потом громко прочистил голос и заверил меня: – Обещаю, как только мы уберемся отсюда, расскажу все, что знаю сам.

– Почему бы не сделать это здесь? – проворчал я, скептически посмотрев на Гальтена.

Гальтен встал и начал затаптывать угли.

– Надо уходить! – отчеканил он. Потом сердито взглянул на Уля и прикрикнул на него: – Чего разлегся? Запрягай лошадей.

Уль отпрыгнул от бревна, будто оно захотело попробовать его на вкус, и молнией помчался к фургону.

– Что за спешка? – спросил я, но Гальтен промолчал.

Быстро расправившись с очагом, он поднял мешки с земли и кинул их мне.

– За тобой может быть охота.

– Охота? – не понял я.

– Да. – Гальтен явно спешил уехать отсюда. Поэтому предвидя мой вопрос, он остановил меня жестом руки и подтолкнул к фургону. – Объясню в дороге, а теперь уходим.

Он подошел к Ульгаэлю, который, прикрикивая на лошадей, запрягал их в повозку и принялся помогать ему.

А я встал рядом и…

Мне дико не хотелось никуда отсюда уезжать. Все же была надежда на… некое чудо, что ли. Не могу сформулировать мысль, но в глубине души еще теплился огонек надежды, шепчущий, что еще не все потеряно. Мол, может быть, откроется какой-нибудь ход в мой мир. Это при условии, что я действительно в другом мире, как сказал Уль.

А если меня рядом не будет? Так и останусь тут? Совсем не хотелось. Да и ощущение что рядом что-то родное не оставляло меня.

Словно где-то здесь есть дверь в мой мир. Такой понятный и единственный!

Глава IV

Жара. Грунтовая дорога, изрезанная глубокими колеями, искривляясь немыслимыми зигзагами, устремлялась к горизонту. Солнце наконец-то выглянуло из-за туч. Сначала согрело, а потом стало припекать. Как обычно.

Мы ехали…. Нет, не так. Мы ползли по истерзанной желтоватой земле. От жуткого скрипа фургона у меня с непривычки заложило уши.