Сочи любим очень

Где Анна, интересно? Ни слуху, ни духу…

– Ого! Ты же сам не хотел про нее даже… Категорически! Я и… Ну, в общем… На Сахалине она, братец ее рассказывал, не зря японский учила на курсах. В крутую фирму взяли переводчиком, с большущей зарплатой, с командировками в Японию на всякие там переговоры!

Николай после начальных длинных пауз застрекотал по-рэпперски. За бодрой скороговоркой угадывалось целое Японское море всякой всячины: тоже, кашалот, вечно таращился на Анькины богатые формы! Имел, имел виды на нее, дураку понятно! Или это я такой дурак ревнивый, как она всегда уверяла?! Все-таки уехала, значит… На Сахалине теперь, где Чехов арестантов переписывал… А она кого там переписывает, с кем это переговаривается, переговорщица?

Никита медленно, заторможено одевался, потом зачем-то схватился за умолкший, бесполезный… совершенно бесполезный телефон! Остров Сахалин… Это подальше Сибири! Это на Тихом море-океане, почти как на Марсе! А он здесь в субтропиках парится! И сочинил классную тему для классной композиции…

И для Анюты, для Анны – для кого же еще?! Почему вот только этот Дальний Восток такой дальний, дорогущий? Билеты на самолет, слышал, под силу немногим, разве что шустрым японцам… Эх, «что же будет с родиной и с нами»?

Предвечернее солнце, все еще зверское, еле катит по небу, выжигает мозги конкретно.

Море, все в игривых слепящих блестках, будто замерло. Какого лешего оделся? Надо бы еще окунуться… Ну да, и подплыть к Анюткиному острову мифическим, мифологическим этим быком-Зевсом… И утащить ее домой на своем загривке?!

«Коовки, коовки, бычок!» Уже не смешно.

В общем, срочно нужно что-то такое придумать, красиво выйти на связь, иначе даже приснившаяся как в сказке красивая мелодия без толку!

Я люблю деревья?!

Весенний рассказ

Я – старая дева, замужем не была, детей нет. Ну, не дева, конечно, в медицинском смысле, но это не важно и никого давно не интересует. А тут вдруг появился поклонник… то есть так, интересующийся! Ой, нет, не надо про него, я-то сама не очень с кем-то фамильярничаю, не очень доверяю мужчинам.

У всех, как говорится, своё на уме! Никому я толком не нужна, пухлая пожилая рохля и тихоня. Да еще обремененная престарелой мамулей, за которой теперь глаз да глаз, как за ребенком. Это раньше в нашей маленькой семье ребенком всю жизнь была я…

Ну да, и Бог с ними, с кавалерами, я люблю цветы, деревья, вообще всякие растения.