В шаге от восхода

Пока с любопытством изучала чудную, малахитового цвета шляпку на впереди стоящей пожилой японской леди, за мной постепенно стали выстраиваться остальные члены моей большой группы.

– Красивая, – одобрительно покивала головой стоящая прямо за мной «самый молодой» представитель нашей группы.

– Это да, – подтвердила я, на секунду задумавшись, кому был адресован комплимент: шляпке, японке или композиции в целом.

– Нелия, – представилась тем временем «бабулька», кокетливо поправляя выбившуюся из аккуратно собранных пучком волос прядь.

– Марика, – я приветливо улыбнулась, машинально отзеркалив ее движение: длинная прядь цвета розового золота заняла свое излюбленное место на моем указательном пальце. Вредная привычка, с которой уже давно веду безуспешную борьбу.

– И имя красивое, – ответила улыбкой Нелия и задумчиво осмотрела очередь. – А где же тот симпатичный рослый молодой человек?

Мое настроение моментально дало стрекача: в памяти тут же всплыл хитрый блеск голубых глаз и звенящий сталью голос Ларри.

Пронизывающий, достающий до самых поджилок, взгляд мне был преподнесен вчера вечером вместе с картой-ключом от номера. Самой последней из всей группы. И с подозрительной паузой и многообещающими кивками.

– Думаю, скоро подойдет, – этикет требовал дать ответ, невзирая на личное предпочтение не упоминать имена некоторых субъектов всуе, – он же гид как-никак.

Нелия внимательно изучила мое изрядно подкисшее выражение лица и ухмыльнулась.

– А я вовсе не Миямото имела в виду, – и с этими словами она протянула мне визитку с наименованием нашего отеля.

 – Мне было велено передать, – отрапортовала Нелия и поспешила к шведскому столу – за разговором я и не заметила, как подошла наша очередь.

День выдался насыщенным событиями и впечатлениями. И не только из-за шумного выселения из отеля, которые, как выяснилось, нам предстояло менять едва ли не каждый день. Величественный город Камакура, куда мы прибыли на автобусе из Токио, встретил нас огромной статуей Будды с живым ковром туристов вокруг оной, традиционными японскими сладостями – вагаси и наглыми птицами, на них претендующими.

К слову, последний пункт из этого списка настиг меня уже через полчаса, когда на открытой обзорной площадке вышеупомянутого храма я, самозабвенно поедающая третью палочку данго, была буквально атакована местным представителем пернатой фауны – и мое благостное расположение духа улетело вместе с лакомством на птичью трапезу.