Родня. Крепион. Прадеды

Это «углубление» вскрыло целый пласт событий и фактов из жизни наших родственников Крепион в XIX веке.

К сожалению, невозможность частых и длительных пребываний в Ярославле и Костроме[1 - Костромской архив – главный источник сведений о нашем французе.] стала препятствием к продолжению исследования, и много вопросов пока остается без ответа.

Еще одно неожиданное обстоятельство осложняло мои поиски: не все родственники делились им известной информацией и фотографиями, а ведь насколько фактологически полнее и зримее стал бы мой рассказ.

И, конечно же, я нижайше кланяюсь в ножки своей дочери Даше. Её горячая молодая энергия, во всем меня поддерживающая, не позволявшая опускать руки, и привела в результате к нескольким написанным книгам, строгим редактором которых она и стала.

Да, все получилось. Я сделала это и, без ложной скромности, скажу, что горжусь сим обстоятельством. Вопросов по родословной осталось много. Но все эти тайны не за семью печатями: архивы открыты для всех желающих.

Может кто-то из наших детей или внуков захочет восполнить пробелы. А пока, как говорили древние – FECI QUOD POTUI, GUI POTEST, EUM MELIUS[2 - Я сделал что мог, кто может, пусть сделает лучше меня (лат.)].

P.S. Полагаю, не стоит объяснять, что отчасти изложение носит гипотетический характер.

Часть I. Alexandre Crepion (1790—1861)

Чуть-чуть истории…

«Через 5 лет я буду господином мира. Остается одна Россия, но я раздавлю ее».

    Наполеон

«Наполеон вошел с 480 000, а вывел около 20 000, оставив нам не менее 150 000 пленных…».

    Кутузов

Первый представитель рода Крепион, двадцатидвухлетний Alexandre Crepion, вступил на русскую землю как захватчик. Это был июнь 1812 года, Наполеон шел завоевывать Россию. Стратегия была такова: далеко не заходить, дать приграничный бой и разбить русских. В первых приказах Бонапарта говорится именно о 20-дневной кампании: иметь продовольствие на 20 дней, боеприпасы на 20 дней и так далее.

Но давно уже миновали эти 20 дней, а запланированной победы не было и в помине. Русские вели себя странно: на серьёзные бои не шли, отступали, и французам волей-неволей приходилось всё глубже увязать в неприятельской территории. Только через месяц после вторжения в Россию в русской глубинке произошло, наконец, долгожданное для Наполеона генеральное сражение – знаменитое Бородино. Результат всем известен: «Москва французу отдана». Известно и дальнейшее.