Значит, не было бы и меня. Исторический роман

Затем обернулась к ней, глядя стеклянными глазами и спросила:

– А ты сегодня ела?

В животе предательски забурчало, что слышно стало, как показалась Катерине, всем. Она с утра съела немного проросших зёрен, но есть попросить постеснялась.

– Нет, спасибо. Я не голодна…. А Лёшка выйдет?

Женщина с запавшими скулами и исхудавшими руками тяжело вздохнула и залились слезами.

– Нет… Лёшик больше не выйдет, – тихо произнесла она, глядя в никуда.

– Он, что заболел? Тогда я завтра зайду…

– Не надо заходить….

Лёша больше не выйдет…. Его больше нет…. Он умер…, – всхлипывая, пробормотала тётя Зина.

Кате стало как-то не по себе от услышанного и, она машинально перевела взгляд на большущую кастрюлю, стоявшую на плите. Из нее торчала детская нога…. Катя завизжала и бросилась прочь….

Она не помнила, как оказалась дома. Забежав в дом, она заперла дверь на засов и, словно загнанное животное, запрыгнула на кровать, укрывшись одеялом.

– Катерина, что случилось? – спросила мама.

Девочка долго молчала, а по её щекам текли слёзы.

– Мам, я была у тёти Зины…. Лёшки больше нет! – протараторила она.

– Умер, получается. Сейчас многие мрут, как мухи, – тяжело вздохнув, произнесла мама и присела рядом с дочкой.

– Мама, а мы братиков точно похоронили? – продолжила испуганно Катя.

Агрипина задумалась.

– Конечно, а как иначе…, – с трудом ответила она.

– Понимаешь, Лёшку не похоронили, не закопали в землю…, – продолжила бормотать Катя, трясясь от страха.

– Значит, только умер, завтра схоронят.

А что ж ещё… бедный мальчишка, такой озорной был, – стала вспоминать женщина.

– Мам, его не похоронят…. Тётя Зина его сварила и, они его съели…, – чуть слышно произнесла Катя.

Лицо Агрипины на мгновенье застыло в ужасе. Она знала, что все односельчане голодают, едят, а точнее уже съели всех собак и кошек, даже птички и крысы и те исчезнут скоро…. Но что б такое!

– Это страшно! – произнесла она, наконец. – Очень страшно. Это непередаваемый ужас… когда твой ребёнок просит кушать, а дать ему нечего….

Никогда не забуду глазёнки Санечки, я ему грудь даю, а там ничего… Посмокчет, поплачет и уснёт…. Ослаб от голода…. А Матвейка… берёт своими худенькими пальчиками зёрнышки и просит ещё… Хлеба, дай хлеба!!! А его нет…. Вижу, что с каждым днём всё пухнет с голоду…. почти не спит…. во сне хлеба просит и плачет…. Страшнее нет ничего на свете, чем видеть смерть своих детей…

Мать стала всхлипывать и по впавшим скулам покатились слёзы.