Значит, не было бы и меня. Исторический роман

– А у Зинки то, шестеро ещё осталось. Вот у неё от горя и безысходности рассудок помутился и решила мёртвого Лёшку сварить, что б остальные с голоду не померли…. Я бы так не смогла, упаси Господь…, – стала разъяснять она дочери, что б та хоть немного успокоилась.

– Мам, мне страшно. Когда это всё закончится? – спросила девочка.

– Не знаю, доченька. Но ты больше к тёте Зине не ходи. Весна скоро, глядишь, что в лесу и отыщем, – ответила мама, гладя Катю по голове.

После этих событий, Катя и Нюрка, из дому сами не выходили, только с матерью или с отцом.

Боялись, что и их изловят и съедят…

Наступила весна, но снег еще не сошёл. Стало очень голодно. Зерна мать оставила две жмени, чтобы посадить. И то каждый день давала детям оттуда по проросшим зёрнышкам, что б хоть как-то утолить постоянное чувство голода. Катерина брала зернышко в рот и долго его держала, переворачивая языком, потом жевала, долго, долго, представляя, что это настоящий хлеб. Суп Агрипина варила из вишнёвых веток и мышей, которые худы были не меньше их самих…

После того, как снег сошёл и появилась первая зелень, стало немного легче.

Отец приносил из леса дикий щавель. Катерина и Нюрка накидывались на него, глотая почти целиком. Мать варила из него щи, который потом ели всей семьёй. Катерина была еще маленькой и не замечала, что мать с отцом почти ничего не едят. Агрипина так себе держалась, а вот отец Даниил всё больше слаб и пух с голоду.

Как-то утром он собрался идти в колодец по воду и Катя напросилась пойти с ним.

– Пап, а можно я с тобой пойду. Покажешь мне, где щавель растёт? – спросила она.

– Конечно, пойдём, – ответил отец и, взяв коромысло и вёдра, вышел во двор.

Отец шёл медленно, то и дело останавливаясь.

– Вон видишь поле, а посреди него два дерева, – показал он рукой вдаль, тяжело дыша.

– Да.

– Вот между этими деревьями щавель и растёт, а ещё дальше земляника есть, но ягод пока нет… подождать придётся, – с трудом выговорил он.

– Хорошо, пап.

Давай, мне вёдра. Я понесу, – предложила Катя.

Отец отдал вёдра, а сам медленно, ступая по земле не подчиняющимися ногами, побрёл следом.

До колодца, где они набирали воду, оставалось метра три-четыре. Катя подошла первая и поставила вёдра рядом. Отца всё не было. Она оглянулась и увидела его лежащим на земле.

Катя со всех ног бросилась к нему.

– Папа! Папочка! – закричала она.

Но отец уже её не слышал, а ему ещё не было и пятидесяти….