Поэт без пьедестала. Воспоминания об Иосифе Бродском

Мне полезно было б, думаю,

Взять у Вас два-три урока,

Чтобы эту жизнь угрюмую

Облегчить себе немного.

Вы секрет какой-то знаете,

Что-то в Вашем есть полете.

Впрочем, Вы и не скрываете:

Не томитесь, а живете!

…Пять лет спустя, за две недели до Нового тысячелетия, мы праздновали мамино столетие. На ровесницу века обрушилась лавина звонков, букетов и писем. Открытку прислал и тогдашний президент Билл Клинтон. Мама ликовала, и я не решилась открыть ей правду: в Америке по традиции президент лично поздравляет всех граждан со столетним юбилеем.

Поэтические поздравления пришли из Москвы от двух ахматовских сирот – Евгения Рейна и Анатолия Наймана.

Мама, хоть и купалась в лучах любви и славы, не изменила всегдашней своей самоиронии. «По-видимому, в моду снова вошел антиквариат», – говорила она счастливым голосом.

Глава II

ОБЗОРНАЯ ПАНОРАМА

Появление Иосифа Бродского в ленинградских литературных кругах произошло между 1957 и 1960 годами.

Moи друзья из различных компаний называют разные даты. Галина Дозмарова – 1958-й, Ефим Славинский – 1960-й, Борис Шварцман – 1961-й.

Одним из самых ранних друзей Бродского был Яков Гордин, который познакомился с Иосифом в 1957-м, в литературном кружке газеты «Смена». Об отношении Бродского к Гордину напоминает нам стихотворение, написанное Иосифом спустя тринадцать лет после их знакомства.

* * *

Сегодня масса разных знаков —

и в небесах, и на воде —

сказали мне, что быть беде:

что я напьюсь сегодня, Яков.

Затем, что день прохладный сей

есть твоего рожденья дата

(о чем, конечно, знают Тата

и малолетний Алексей).

..........................................

Жаме! Нас мало, господа,

и меньше будет нас с годами.

Но, дни влача в тюрьме, в бедламе

мы будем праздновать всегда

сей праздник. Прочие – мура.

День этот нами изберется

днем Добродушья, Благородства —

Днем качеств Гордина – Ура!

Упомянутые люди – Дозмарова, Славинский, Шварцман, Гордин – названы не случайно, потому что они являлись представителями различных ленинградских компаний, или – пользуясь сегодняшним лексиконом – тусовок.

Состав этих компаний был, конечно, очень условен, члены их пересекались, соединялись и расходились, их перемещения напоминали броуновское движение. Тем не менее некие границы все же провести можно.