Большой Умахан. Дошамилевская эпоха Дагестана

Народ возликовал, хотя иные бранились, взывая к запретам Аллаха, к священному шариату.

– Ну, какой, скажите, праздник без вина?! – отвечали им многие, устремляя к виночерпию висевшие до времени на их поясах кубки и рога. – С вином и мясо жуется хорошо, и танцевать веселее!..

– Пейте, пейте, гордые хунзахцы! – приговаривал гимри— нец, разливая вино из медного черпака с длинной ручкой. – Пейте и знайте, что самое лучшее в мире вино я вам разливаю сейчас! Для вас старался, сок выжимал, бочки дубовые у дидойских купцов закупал.

Оцените по достоинству…

– Ты это расскажи тем, кто по Кахетии не странствовал и в погребах не ночевал с любвеобильными грузинками, – наполнив свой кубок, поддел виночерпия Чармиль Зар и вырвал-таки у окружающих столь недостающий ему смех.

– Что-о, разбойничья твоя голова! Хочешь сказать, что мое вино хуже кахетинского?!

– Не знаю, усердный садовод, сейчас попробую и скажу тебе прямо… – с ленивой хрипотцой ответил язычник, отхлебывая из серебряного кубка пахнущую солнцем и землей коричневую жидкость.

Затем он двинулся к жарящемуся быку.

– Ничего, ничего, ты еще осоловеешь от моего вина! – бросил вдогонку задетый за живое гимринец, разливая в подставляемые сосуды свое прекрасное вино.

Осушив кубок, Зар срезал мечом небольшой кусок мяса и, быстро расправившись с ним, снова подошел к телеге с вином.

– Великий мудрец Ибн Сина частенько лечил правоверных вином, – приговаривал гимринец, разливая по кубкам. – Пейте, гордые хунзахцы, пейте, аварские кунаки, мое вино, оно зажигает кровь молодостью и даже унылому дарит веселье…

– Тебе, видать, хорошо заплатили, трудолюбивый садовод, – с ужимкой поддел его Зар, и окружающие снова прыснули смехом.

 – Вот и трудись на великом празднике с честью, ведь нечасто рождаются на свет наследники Престола.

– Да, нечасто, – был вынужден согласиться виночерпий.

Уздени, даже из числа ревнителей Ислама, понимая старую истину: «Из младенцев вырастают великие воины», – были так счастливы в этот день, что многие не заботились о шариатских запретах.

Война, что ни говори, как считали уздени, дело настолько важное, что немного вина только укрепит их грешную душу. А как же иначе?! Не один, так другой враг норовит отобрать плодородные земли на юге и богатые зимние пастбища на востоке. То монголы далекие, то узбеки ретивые с Темурлангом пытались поработить Дагестан, но, получая по приплюснутым носам, откатывались назад и больше не возвращались.