Пожарный СССР: Начало

Вряд ли судьба даст мне еще один шанс!

Дом попадал в «красную зону», границы которой я, конечно же, определил лишь приблизительно.

– Погреб! – промелькнуло в голове. План созрел сам собой.

Решительно бросившись к распахнутому люку, я буквально зашвырнул девчонку вниз. Следом бросился и сам, вот только чуточку не успел.

Ворвавшееся в пристройку пламя вынесло окна, окутало все вокруг. Падая в люк, я зацепился за что-то острое, что пропороло мне кожу на боку, попав под задравшийся китель. Помимо оглушительного грохота и гула, я успел услышать, как громко хлопнула упавшая крышка люка, отрезав нас от вспыхнувшей наверху огненной бури.

Упал я, мягко говоря, не совсем удачно – сильно ударился виском о какую-то деревянную балку. Прострелила острая боль, которая меня едва чувств не лишила. Пламя успело обжечь руку, несмотря на то, что я был частично накрыт мокрой плащ-палаткой. Ощутил острую боль в боку, почувствовал что-то мокрое и липкое под кителем. Из-за того, что в погребе было темно, я ни черта не разглядел.

В голове гудело, накатила какая-то слабость. Ох, хорошо же я приложился…

– Эй, ты как там? – негромко произнес я, скривившись от боли.

Вдруг в стороне вспыхнул свет – девочка зажгла керосиновую лампу, висевшую на балке. Судя по всему, она не пострадала при вынужденной «эвакуации»…

Я с трудом засунул ладонь за пазуху, вытащил ее наружу и увидел кровь. Много крови.

– Да твою же за ногу! – подумал я, очень хорошо ощутив, как нарастает глухая боль в обожженной руке. Вроде несильно, но попробуй тут разбери…

– Дяденька, вы ранены! – девчонка была тут как тут.

Смотрела на меня жалостливыми глазами, не знала что делать. Картина патовая – ей только свечки не хватает и белых тапочек.

Но я почти не слышал ее – мне становилось все хуже и хуже.

– Слушай… внимательно! Как услышишь наверху голоса, кричи изо всех сил! Поняла? – пробормотал я, чувствуя, что долго не протяну. Голова закружилась.

Я попробовал подняться, но тут же завалился обратно… Глаза закрылись сами собой, и я провалился во тьму…

* * *

– Так, герой! Просыпаемся! – где-то рядом, буквально в каком-то метре раздался отчетливый женский голос.

 – Давай-давай, хватит бока отлеживать.

Ощутил, как под нос сунули что-то мокрое, прохладное и дурно пахнущее. Само собой, это был нашатырь – все, кто хоть раз его нюхал, уже не забудут этот жуткий запах. Кстати, а его ведь не во всех случаях разрешено использовать, но видимо, в восьмидесятых годах этого еще не знали.