К западу от Востока. К востоку от Запада. Книга первая

Не так она и страшна, хотя и непривычна…

Многие вещи и ценности имеют замечательное свойство – переоцениваться с годами. Например, знаменитые «сталинские высотки». Они не делают погоды. Но выделяются из прочего. Если бы их было больше – они составили бы стиль социалистической Москве, взамен утраченного после разрушения «Сорока сороков». Во всяком случае, лично у меня эти «помпезные и вычурные» «памятники тоталитарного зодчества» не вызывают уже никакого отторжения. Хотя было время, когда я с наслаждением язвил над сими архитектурными творениями.

Страстью к разрушению и развенчанию нужно переболеть, страшно, когда она принимает хроническую форму…

Церковки московские тоже мелькают ныне повсеместно. Этакими необитаемыми островками среди серости зданий и пошлости рекламы. Сказочные и волшебные, устремлённые из города-монстра куда-то в иные сферы, повыше и подальше.

Вообще на Москву издревле любили смотреть сверху. С Воробьёвых – Ленинских гор. Но и отсюда она уже не та, что в далёком 1970 году, когда я смотрел на неё впервые.

Деревья заслонили Москву-реку, дома – Кремль, крыша стадиона в Лужниках тоже прикрыла многое.

…Как-то, уклонившись от обычного своего маршрута по «Москве-проездом», я забрёл в московские дворики в районе Комсомольского проспекта. Тут где-то мы прожили месяц в тот первый приезд – у каких-то дальних родственников, безропотно предоставивших нам (я был с родителями, сестрой и бабушкой) одну комнату в своей двухкомнатной квартире.

Дворики изменились до неузнаваемости. Их вылизали и обустроили, здесь больше не видно обычных доминошников и пейзажных старушек, пропали сараи дворовых Кулибиных, непременные голубятни и голубятники.

Новорусские собачницы, гордые и рафинированные дамы, собирают в полиэтиленовые мешочки дерьмо, оставленное их четвероногими любимцами на ценных газончиках. Трогательно. Рядом гуляют с безмолвными колясками и малоуправляемыми детьми не то молодые бабушки, не то гувернантки.

Пристойно.

Но вот тепло и какая-то коммунальная духовность, похоже, улетучились отсюда без следа. Ушли в прошлое, вместе с пролетариями-доминошниками и пацанами-голубятниками…

А в общем, наверное, не так страшна Москва, как её малюют…

Зомби из спальных районов

Я думаю, чтобы лучше понять психологию среднестатистического москвича, нужно присмотреться к среде его обитания. А среда эта – вовсе не Кремль и не Рублёвское шоссе.