Дервиши на мотоциклах. Каспийские кочевники

…На пределе сил, надрывая жилы, не жалея себя. Не надо романтики, мы тоже так умеем. Но стимулы и мотивы – совершенно другие.

Для них была важна даже не пройденная дорога. Это была не вера, нет – точное знание цели, уверенность в том, что здесь и сейчас, с каждым освоенным километром, мир меняется у них на глазах.

Вот что говорит Семевский, и не идеология диктует ему, он сам так думает:

«Не аллах создал пески. И даже не природа их создала. Пески создал человек… Многие сотни лет тому назад пустыня Каракум была покрыта растительным покровом, тогда не имевшим сыпучих, барханных песков.

Почему же цветущая равнина превратилась в оголенную страшную пустыню? Придумывали разные глупые легенды: какои?-то злои? хан, рассердившись на счастливых жителеи? Каракум (тогда они еще не носили этого звания), повернул течение реки, которая будто бы проходила там, лишил их преснои? воды, то есть осуществил такои? грандиозныи? ирригационныи? проект, которыи? превосходит все сделанное в этом отношении человечеством даже на высокои? ступени развития техники. И много других вздорных легенд придумывали досужие люди… Ученые, вольно или невольно, субъективно или объективно, выражали интересы и идеологию россии?скои? колонизации, которая заинтересована была в сохранении существующеи? примитивнои? системы хозяи?ства, позволяющеи? выкачивать из Среднеи? Азии дешевое животноводческое сырье и почти дармовои? хлопок. Поэтому они утверждали, что хозяи?ство, которое существует в пустыне, – единственно возможное в этих природных условиях. Человек, покорись… Так говорили не только офицеры и попы, так говорили и буржуазные ученые. Смирись, человек, покорись перед суровои? природои?, перед всемогущим аллахом, перед могущественным белым завоевателем, перед своим собственным баем, ага, муллои?… И примитивное, каторжное, кочевое хозяи?ство сохранялось. Сохранялось то самое хозяи?ство, которое привело к образованию страшных сыпучих барханов».

…Дневники Семевского затягивали, как воронка. Я уходил внутрь текста – путь, бездорожье, эпоха.

Пространство, где глоток воды – неоценимый дар, время, где призвание выше свободы и гораздо выше твоих желаний, частных намерений. А надо всем над этим высокое, отчаянно синее азиатское небо, древнее и неизменное, и сухие ветра, которые способны, как пылинку, сдуть мальчишеский азарт советских первопроходцев.

Степной и пустынный океан Азии, это пространство между Россией и Китаем хотелось увидеть своими глазами.