Кангюй. Лаодика

Перерезал правитель Кангюя горло быку, поток крови хлынул на меня через щели. Спустился ко мне в яму Кушан. И стояли мы с ним, обнявшись, как лучшие товарищи, под дождём из жертвенной крови. То было первое действо. За ним последовало и второе.

Поднявшись наверх, принялись мы разделывать тушу без промедления. Ловко разделка прошла в четыре руки. За обсуждением планов дальнейших до полудня мы на том месте от быка оставили только кости и череп с рогами. Мясо, шкуру и внутренности мы сложили в мешки. Некому было забрать у нас лучший кусок, жертвенную шкуру и череп.

Ведь жреца с нами не было[8 - В практике древнегреческих жертвоприношений жрец, он или она, исполнитель жертвоприношения, забирал себе шкуру, череп и части жертвы как оплату за выполнение ритуала. В случае бескровных жертв отделял себе часть от них.]. Намеревался покинуть настил я, но Кушан предложил отведать мясо сырое.

Евкратид поворачивается к гостю дома.

– Кастор, скажи, это вы научили Кушана обрядам орфийским?

– Родитель научил обрядам.

Я не свидетель тому обучению. Тайное было посвящение, знаю только со слов.

– В память о терзаниях, убиении и поедании титанами вечного бога съели мы с Кушаном жертвенное мясо белого быка. Правитель рисковал жизней своей, проводя эллинский обряд на земле кочевников. Без сомнений, если бы его люди застали нас на месте жертвоприношения, то я бы не сидел с вами сегодня. Это было действо второе. Дружба наша сложилась ещё в первый мой визит. Кушан – человек слова.

После битвы мы стали боевыми товарищами. А после жертвоприношения обрели мы кровное братство. Чувства тогда нахлынули на меня. Свежи были переживания от недавнего сражения. Решился я предложить правителю Кангюя брак с Лаодикой. Отказа я не встретил.

– Хотела бы и я с вами вместе пройти обряд очищения. – Хозяйка дома вздыхает с завистью.

Супруги и гость принимаются было за трапезу. В кухню заглядывает раб-привратник.

– Хозяин, простите, что вас отвлекаю. – Раб оглядывается и в сторону громко проговаривает: – Разрешите мне убыть на рынок, со знакомым старинным повидаться?

Одновременно служака незаметно показывает Евкратиду остракон.

Гегемону не требуется много времени для понимания.

– К какому знакомому ты хочешь отлучиться? Немедля имя его назови! – властным голосом раздаётся из кухни.

Привратник быстро подходит к столу и осторожно выкладывает перед Евкратидом два обола серебром и исписанный остракон.