Кангюй. Бактрия

 – Митридат вкладывает расписную стрелу-гарпун в горит, вновь одаривает деву широкой улыбкой, вручает гостье обеими руками горит со стрелами и луком, оборачивается к окружению, намеревается огласить что-то важное, как вдруг дева ему в спину удивлённо-тихо вопрошает:

– Вождь Парфии, ты не спросил меня про численность врагов.

Митридат резко оборачивается и поднимает недовольно брови. Дева не робеет, прикладывает правую руку к груди и без смущения твёрдо оглашает:

– Тех явану, что в ущелье укрылись, три тысячи, при них тяжело гружённые телеги и крытые повозки.

Тех же явану, что преследуют царя по землям Бактрии, вдвое больше, лучшие они, пять тысяч всадников, при них обоза нет, в доспехах и при длинных копьях.

– Благодарю тебя, воин Парфии. – Митридат находит взглядом начальника стражи. Начальник стражи берёт за рукав гостью, намеревается увести смелую деву из шатра. – Нас будет десять тысяч всадников. Скажи мне, Зарина, явану Аргей добрался до Бактрии?

– Да, вождь Парфии, добрался.

Сопроводила я Аргея и десять тысяч явану до гор Бактрии.

– Десять тысяч явану? Как нас сейчас? Мерв проксен Селевка покидал в одиночку. Откуда у Аргея такой отряд? – Митридат восхищен количеством «друзей».

– То были явану из крепостей Маргианы, мужи с жёнами, стариками и детьми.

– Хвала милостивым богам! Халдей-прорицатель не лгал. – Митридат меняется в лице, благодушие исчезает, ярость наполняет вождя. Парфянин воздевает руки к небу в круглом отверстии шатра, туда же отправляет восторженные слова: – Мой брат Фраат, где бы ты ни был, возрадуйся, ушедший, твоя заветная мечта сбылась! Гниды перегрызлись меж собой.

Явану крушат друг друга.

Спустя четыре ночи.

Раннее утро, перед рассветом

– Вождь Митридат, разведчики сообщают: явану пробудились, тушат костры и намерены покинуть ущелье. – Артадат говорит шёпотом, тоном обеспокоенным, словно бы серо-зелёные скалы предупредят врагов. – Прикажи атаковать врагов, пока они предаются сборам.

Застанем врасплох, быстро рассеем их и пленим для тебя живым царя Бактрии.

– Нет, Артадат, поступим иначе. – Перед вождём появляется слуга с вместительным кувшином воды в руках и широким конопляным полотенцем вокруг шеи.

– Но достойны ли явану чести умереть с честью в сражении, мой вождь? – надменно отправляет скалам Артадат. – Ведь они трусливо скрываются в наших землях от погони. У меня для царя Бактрии приготовлены тяжёлые цепи.