Царица поверженная

Ты отважный человек, если появился у нас, рискуя собственной жизнью!

Он перетаптывался с ноги на ногу, и я заметила, что ноги у него кривые.

– Правда? – Голос посланца прозвучал хрипло.

– Да. Чума собирает свою жатву повсюду. Один из наших врачей недавно предположил, что зараза распространяется по воздуху. – Я обвела руками зал. – Это объясняет ее таинственную способность атаковать неведомо откуда. Никто не огражден от болезни. А иноземцы, похоже, особенно уязвимы.

– Я чувствую себя отлично, – буркнул гонец.

– Хвала Марсу! – воскликнула я. – Да будет так и дальше!

– Мы пополним команды кораблей своими людьми, – заявил он, – но суда должны быть переданы нам немедленно.

– Да, согласна, – заверила я. – Но вам вряд ли стоит посылать в Александрию моряков, пока свирепствует чума, а строительство не завершено. Корабли не выйдут в море без килей и мачт. Мы достроим флот как можно скорее и доставим его вам.

– Не вздумай шутить с нами! – прорычал он. – Мы не потерпим проволочек.

Я кивнула одному из моих служителей, а тот, в свою очередь, позвал двух своих людей, ожидавших снаружи зала. Те внесли носилки с трупом и поставили у ног римлянина, в ужасе отшатнувшегося от раздутого, смердящего тела.

– Думаешь, он шутит?

Римлянин отвернулся и зажал ноздри. Я подала знак, чтобы носилки унесли.

– У тебя, похоже, крепкий желудок, – выговорил посланник Кассия, когда снова осмелился вдохнуть. – Но не думай отделаться от нас с помощью таких представлений.

– Ну как я могу. Ты ведь на римских играх видел и не такое, – сказала я. – Ни один настоящий мужчина не встревожится при виде раздутого трупа. Да, вы получите флот, как только это станет возможно.

– Мой командующий в скором времени встретится с тобой лично, когда прибудет в Египет. Не льсти себе – ты не заморочишь его своими уловками.

Мне была противна его манера двигать плечами – это делало его похожим на фигляра. Теперь он вдобавок выпятил грудь.

– Ты должна узнать, что случилось с Марком Антонием, псом Цезаря. Он попытался отобрать у Децима провинцию Ближняя Галлия…

Децим, гнусный предатель! Децим, как и мерзкий Требоний, забрал себе провинцию, доверенную Цезарем! Это уже слишком!

– И оказал открытое неповиновение сенату, объявившему его врагом народа…

Неповиновение сенату! Вот как обработал их Цицерон!

– И осадил его в Мутине. Но Децим и армия, посланная сенатом, разгромили его.