Птичка Кама. Сборник рассказов

И больших трудов стоило ответить внятно. Но уже всё.

Очень быстро Кама зашагала в сторону метро, то и дело пытаясь обернуться и сдерживая желание. Только рядом с контролёрами ей стало чуть легче. За турникетами челюсть успокоилась. На эскалаторе она осмелилась обернуться; его рядом не было, очевидно, но только теперь она была в том уверена.

Защищаясь, мозг что-то делал – растянул время. И окружающее казалось нереальным. Кама села между людьми. В другие дни толкучка раздражала, однако в эту минуту не было ощущения лучше, чем сидеть зажатой между полненькой женщиной в цветочном платье и мальчишкой в коротких штанах со смешными носками.

Кама отвлеклась от телефона. На мониторе напротив заиграли краски. Там писали о причинах возгораний, показывали пожар. Виной всему на картинке была человеческая глупость. Только Кама увидела другой полыхающий дом. Там не засыпали люди с сигаретой в руках и не лили воду на розетки. Там был только огонь из каждого окна, за домом – тёмный лес, а перед домом стоял Костя. Он не разжигал, но он не делал ничего.

Мысли о горящем доме вернулись очень скоро, когда Кама готовила ужин. Под светом нескольких ламп танцующей тени места не нашлось. Она готовила ужин одна.

Витя что-то делал в своей комнате. Или спал, раз не издавал никаких звуков. Любовь к музыке так и не привилась ей, телевизор на кухне был некстати. Поэтому в тишине бурлящей воды Кама могла подумать.

Постоянно замирая, она припозднилась с готовкой. Весь вечерний досуг. Пришла пора спать, но Кама не могла себя заставить – не могла уйти с кухни.

На глаза попалось пламя. Так Костя и сказал: идеи сами приходят в голову. В голову Каме пришла замечательная идея, способная решить проблемы. Даже избавить от проблем.

На нижней полке нижнего шкафа Витя хранил бутылку бензина для зажигалок. Он не курил, но собирал их. До сегодняшнего вечера это казалось Каме глупостью. А теперь сложилось воедино – всё для неё. Как водяным пистолетом, она облила бензином дверь, стену и столешницу. Обои и рейки не зря сохли на стенах эти годы.

Страх мог бы остановить её, но истратился на того назойливого ублюдка.

Бутылка хрюкнула, набирая порцию воздуха. Тогда же капли бензина попали на пламя плиты. В обратном порядке кухню охватило пламя. Так быстро. Дверь превратилась в портал в самый ад. Она села на стул и смотрела, но через пару минут закружилась голова. Она сползла на пол. К ней никто больше не мог пристать, не мог угрожать, не мог запугать. То, что убивало, оградило.