Письма к незнакомцу. Книга 4. Любовь

Получение статуса замужней дамы – главное. А кто муж – уже не так важно. Ну не дался журавль в небе (Вронский), недолго и страдала, смирилась с синицей в руках (Левин).

После оскорбления, которое ей нанес Вронский, Кити перенесла своё внимание на Анну. Она сразу обострившимся чутьём, внутренним зрением угадала причины перемены во Вронском. Кити смотрела на Анну и видела многое. «Она увидала в ней столь знакомую ей самой черту возбуждения от успеха. Она видела, что Анна пьяна вином возбуждаемого ею восхищения.

Она знала это чувство и знала его признаки и видела их на Анне – видела дрожащий, вспыхивающий блеск в глазах и улыбку счастья и возбуждения, невольно изгибающую губы, и отчётливую грацию, верность и лёгкость движений».

Столько надежд, сколько волнений, столько приготовлений к этому балу, а в результате все смотрят на другую женщину, да и ладно бы с ними со всеми, но ведь и Он… «Да, что-то чуждое, бесовское и прелестное есть в ней», – сказала себе Кити.

Матерь Божья!.. Серкидон, да Вы в джинсах, и футболка на Вас типа «Исполать же нам, славяне!».

Пока скандал не случился, давайте-ка ретироваться тихо и незаметно. Да-да, как в сериалах, прерываю повествование на самом интересном месте. Не хочется уходить? А Золушке каково было? После, после я Вам обязательно напишу, что же дьявольское увидела в счастливой сопернице бедняжка Кити.

Слушайте, а жарко-то как! Это от свечей. Но для нас окончен бал, погасли свечи. И пусть лакеи смывают пудру.

Жду Вашу вспотевшую руку, и до следующего письма.

-8-

Пpиветствую Вас, Сеpкидон!

И снова о титанах духа…

Иные мужи, как бы невзначай, перед своим именем ставят множество упоминаний о знаках отличия, сведений о былых и нынешних почётных должностях, обязанностях, указания о добытых званиях и наградах…

Гораздо конкретнее были первобытные охотники. Они носили ожерелья из зубов поверженных животных. Что же касается должностей и званий, они, как наряды и украшения некрасивой женщины, – дымовая завеса, скрывающая суть.

Человек за дымом может вполне оказаться и мелким, и гадким, и никудышным. Может оказаться ловкачём, умеющим лишь в нужный момент выставиться под ласковый начальственный взор и подставить грудь под очередную награду.

Если человек имеет ценность сам по себе, если его личность выступает перед «мишурным блеском», «суетой сует и всяческой суетой» так же, как Анна Аркадьевна выступала из платья своего, можно не говорить много.