Леди Клементина Черчилль

Я обожаю Венецию, но ее присутствие напоминает мне о драме, разыгравшейся вокруг ее лучшей подруги, Вайолет Асквит, двадцатиоднолетней дочери начальника Уинстона, нового премьер-министра от Либеральной партии, Герберта Генри Асквита[21 - Герберт Генри Асквит, 1-й граф Оксфорд и Асквит (12 сентября 1852–15 февраля 1928) – британский государственный и политический деятель, премьер-министр Великобритании от Либеральной партии с 1908 по 1916 год.]. Уинстон подружился с Вайолет за год до нашей с ним встречи. Она была очарована интеллектом и политическим здравомыслием Уинстона.

Так вот, за два дня до нашей свадьбы Вайолет, которая впала в истерику при известии о нашей помолвке и приславшая Венеции письмо с разносом меня в пух и прах, ушла на закате по тропинке вдоль утеса с обрывом высотой в шестьдесят футов близ замка Слейнз, который Асквиты сняли на летние каникулы. Когда она не вернулась к ночи, ее отец организовал поисковую партию из гостей, слуг и местных жителей. Спустя четыре часа поисков в безлунной ночи Вайолет нашли целой и невредимой на ровной лужайке недалеко от замка с готовым объяснением, как она поскользнулась и упала на острые скалы, потеряв сознание. Когда известия об этом инциденте достигли Лондона, свет кипел предположениями о том, было ли «падение» Вайолет попыткой самоубийства, случайностью или преднамеренной уловкой. Как бы то ни было, тень Вайолет маячила на нашей свадьбе, что, как я уверена, с самого начала было ее целью.

Нелли вырывается из строя подружек невесты и подходит ко мне.

Полагаю, она увидела встревоженное выражение моего лица, и я уверена, что она хочет обнять меня и пожелать мне счастья. Вместо этого она поднимает руку поправить мою тюлевую фату и флердоранжевый венок. Она легонько целует меня в щеку как раз в тот момент, когда орган в церкви Св. Маргариты начинает играть «Веди нас, Отец Небесный, веди нас». Это знак для меня.

Сжав мои белые туберозы почти так же сильно, как руку Билла, я вхожу с ним в двери церкви. Каждая скамья в обширной церкви, убранная белыми цветами, как я и просила, до предела забита гостями.

Когда Уинстон назначил наше венчание через месяц после нашей помолвки, я была отчасти уверена, что он настоял на этой дате – времени, когда большинство аристократов и членов парламента традиционно в отъезде на каникулах, – чтобы его противники, у которых все еще болело после того, как он сменил политическую партию, не получили шанса напоказ пренебречь его приглашением.