Золотой Трон

Татарские мужчины поверх тюбетеек надевали меховые или войлочные шапки, а женщины в холода покрывали головы вышитыми бархатными колпаками и платками.

Зульхаким встретил Марпату радушно, однако, выслушав его просьбу, сразу стал серьезен.

– Я сомневаюсь, юноша, что в столь раннем возрасте можно получить достаточные знания в лекарском деле, – растягивал слова аптекарь. Из-под прищура и без того узких глаз Зульхаким смотрел на Марпату недоверчиво, – однако, как ты говоришь, за тебя просит Коддус. Мы давно не виделись с ним, но он мой давний приятель.

Ему я доверяю. Он всегда отличался правдивостью и благожелательностью, но я должен посмотреть, на что ты способен.

Марпата вздохнул облегченно. Он был рад и мизерной оплате, которую назначил ему Зульхаким, и тому, что аптекарь предлагал ему только место начинающего ученика.

5

С тех пор, как Марпата поступил на службу к аптекарю Зульхакиму, в землянку Коддуса он стал приходить лишь переночевать. Он помнил о немощи старика и всегда приносил для него еду.

Однако их беседы за вечерним кумысом стали намного короче, но все же не потеряли взаимного интереса. Марпата рассказывал старику о том, как работал у Зульхакима, как Зульхаким доверял ему лишь нехитрую работу, заключающую в себе мытье посуды из-под всевозможных мазей и микстур, и совсем не интересовался его знаниями.

– Я согласен на все, – смиренно вздыхал Марпата, – лишь бы Зульхаким платил мне.

Марпата мечтал скопить денег и обзавестись собственным жильем. На днях он продал верблюда.

Если к тем динарам прибавить еще заработанные у Зульхакима деньги, то можно было наскрести на скромное жилье.

– Тогда мы с тобой, дядюшка Коддус, переберемся из этой землянки. Ты приютил меня в трудную минуту, так неужели я брошу тебя одного в твоей немощи.

В подобных разговорах с Марпатой в глазах Коддуса проступали слезы. Неужели Судьба опять поворачивалась к нему лицом? Конечно же он не откажется от помощи Марпаты.

Сегодня у Марпаты выдался свободный день. Мороз не ослабевал, но светило солнце.

Ветер успокоился, а воздух мерцал инеем. Коддус давно хотел показать Марпате могилы своих близких, и вот сегодня природа благоволила его желаниям.

Марпата и старик вышли из землянки и через квартал таких же, как Коддус, бедняков спустились с городского бугра к ерику. Извилистый, с берегами, поросшими прошлогодним камышом, сейчас соломенно-бурым и хрупким, ерик отделял городской бугор от другого бугра, который служил горожанам кладбищем.