Скептик

Город заражается информацией как организм, больной гриппом. Всё, что происходит, перекручивается, переваривается и подаётся на стол в мерзком виде. Но человек принимает всё как есть и, отшлифовав информацию, пускает её дальше, следующему, как теннисный мячик. Так пополняются ряды людей с довольными, улыбающимися лицами, которые знают секрет и с радостью раскрывают его.

Смерть в городе не останется скрытой, если это произошло не у вас в тёмном подвале, служащем могилой для тайн. Часто родители, приставив указательный палец ко рту, предостерегают детей от болтовни и те молчат, особенно если секрет ребёнка был связан с отцом посредством инцеста.

Но иногда по секрету говорят лучшему другу и тайна оживает, как увядший цветок, который пересадили в новый горшок, стали поливать и удобрять.

Муж, задушивший со злости жену, ночью может закопать тело в лесу и рассчитывать, что одна из тайн останется тайной надолго. Таких молчаливых тайн в городе много, но они тоже не вечны.

Вечером 14 июня, Иван Николаевич Капелюх возвращался домой.

Он ехал с поля, глаза устали за день. Было начало десятого. В свете фар бежала дорога, как старая лента конвейера, залатанная множество раз. Встречных машин не было. Виднелись привычные ямы. Деревья по обе стороны дороги мелькали, как спицы велосипедного колеса.

КамАЗ качало в разные стороны. Глаза закрывались, но вот уже знакомый знак «Зорецк». Он ощутил себя, будто ложится в тёплую ванну, когда въехал в город. Теперь каких-то десять минут и он дома.

Он даже не думал сбрасывать скорость, продолжая гнать под восемьдесят.

Справа появлялись молодые деревья, торчащие из земли как свечки из пирога. Столбы кусками освещали дорогу, быстро сменяя друг друга. На обочине метрах в ста он заметил полного мальчика. Тот неуклюже стоял, колени почти касались друг друга. Позиция ног мальчика стянула на несколько секунд внимание водителя. В шортах и полосатой майке парню должно быть прохладно. Да и что он делал тут один возле дороги в такое время? Голова ребёнка склонилась, будто он спал, подвешенный на крюк, как Буратино в чулане.

Мальчик стоял, не шевелясь. Когда до него осталось метров десять, Иван посмотрел в его лицо. Оно ухмылялось. Странное выражение лица и зловещая неподвижность вызвали необычную ассоциацию у водителя. Как стрела в голову вонзилась мысль о шалости, которую дети способны учудить. Мальчишка мог натянуть верёвку впереди или бросить что-то под колёса.