Первый дон

Ее муж, Орсо, солдат, и его нельзя отвлекать от службы. Но Джулия, молодая и волевая женщина, не пожелала сразу же вернуться в Рим. Отправила второе письмо, с нижайшей просьбой простить ее за непослушание, но в Рим не приехала. Более того, увезла в Каподимонте и свекровь, Адриану.

Получив второе письмо Джулии, Александр пришел в ярость. Если он не мог жить без Джулии, как она могла жить без него? Неверная девчонка! Теперь уже от гнева Папы доставалось всем, кому приходилось иметь с ним дело. Ночами он лежал без сна, не от тревожных мыслей о нависшей над Римом угрозе вторжения, а от желания коснуться руки Джулии, вдохнуть аромат ее волос, почувствовать тепло тела.

Наконец, не в силах терпеть эту пытку, он преклонял колени перед алтарем и молил Господа изгнать из его сердца демона ненасытной страсти. Когда кардинал Фарнезе попытался воззвать к его здравому смыслу, мол, у сестры нет выбора, Орсо послал за ней, а он все-таки ее муж, Папа чуть ли не пинками выгнал его вон.

Днями Александр кипел от злости.

Бродил по своим покоям и перечислял грехи своей любовницы, ее мужа, брата. Грозился, что проклянет их. Чтобы за это предательство их души прямиком отправились в ад.

Но именно молодой Орсо пришел на помощь Папе. Услышав о печали Александра и опасаясь за собственное будущее, он запретил жене приезжать в Бассанелло. Более того, велел незамедлительно возвращаться в Рим, пока дороги не перекрыла французская армия. И она, конечно же, повиновалась, поскольку приказывал законный муж.

* * *

Когда король Карл повел свою мощную армию через Альпы на территорию Италии, ожесточенный, злобный кардинал делла Ровере находился рядом с ним, постоянно твердя о том, что борьба с семейством Борджа важнее любой войны с неверными.

Французские войска двигались на юг, к Неаполю, и никто не пытался остановить их, ни Милан, ни Болонья, ни Флоренция.

Папа Александр, узнав о приближении неприятеля, готовился защитить Рим и Ватикан. Он доверился главнокомандующему армией короля Ферранте, Вирджиньо Орсини, главе клана Орсини.

Вирджиньо убедил Папу в своей верности, исправно платя налог за свои замки. Александр знал, что Вирджиньо может собрать под свое начало двадцать тысяч человек. С такой армией, базируясь в неприступной твердыне, замке Браччано, он бы, конечно, не пропустил французов к Риму.

Но семена предательства и жадности прорастают и в сердцах самых отважных людей, и даже Святейший Папа не мог такого предугадать.